Он выдохнул и резко плюхнулся обратно на место. Иеремия стояла посреди зала и выдерживала паузу. Лицо у неё поначалу выглядело чуть взволнованным. Но ударов через пятнадцать сердца в её глазах заиграл блеск. И взгляд её обратился к единственному человеку в зале, который до сих пор не высказался. К Лилиане Блэквуд.
Аксель кашлянул.
— Слово имеет дом Блэквуд.
Лилиана поднялась с места и сложила руки перед собой.
— Благодарю, — кивнула Лилиана.
Голос у неё не дрогнул.
— Дом Блэквуд держит северо-восточный край баронства долгие годы. Косинец стоит на границе Спорных земель и Айронмарша, и от моих стен до них полдня пути.
Она положила руку на спинку стула.
— За последние две луны дикари трижды вторгались на мои земли. В последний раз они обошли Косинец стороной и спустились южнее.
Кастерли-старший чуть подался вперёд, заслышав такую новость.
— Они вышли к окраине леса, — продолжила Лилиана. — Того самого леса, часть которого арендует Торговая Компания. Того самого, по которому идут дороги на Талвег.
По залу побежали голоса.
— Мой отец говорил мне, что за двадцать зим племена ни разу не спускались южнее северных полей. В прошлом году они не доходили до Косинца. В этом прошли мимо него на юг.
Она выпрямилась.
— Дикари из Спорных земель угрожают не только моим землям. Они угрожают всему Крассу.
Кроу рядом со мной впервые за всё собрание пошевелился.
— Я уверена, что ваша милость уже знает о положении на севере, — произнесла Лилиана, повернувшись к Иеремии, — и не оставит его без внимания.
Иеремия прямо глядела на неё и не отвечала. В ее глазах играл голубоватый блеск.
— И раз уж речь зашла о границах, позвольте задать вопрос, который меня беспокоит, — продолжила Лилиана, повернувшись к другим лордам. — Косинец далеко на северо-востоке. Новости доходят до нас долго и не в полном объеме.
Она обвела глазами стол.
— Неужели никто из присутствующих здесь лордов, в том числе с северо-запада, так и не получил ни единого письма от лордов у наших западных границ?
Никто не ответил. Ренвальд смотрел на свои руки. Терренс не шевелился. Кастерли-старший чуть повернул голову к четырём пустым местам. Лилиана подождала ровно столько, сколько требовала ситуация.
— Я не сомневаюсь, что госпожа Беатрис Красс решит и те вопросы, что угрожают северу, и те, что волнуют запад, — объявила она. — Я говорю о своей уверенности в присутствии всех знатных лордов нашего баронства.
Она чинно опустилась на свое место и спокойно посмотрела на Иеремию. Теперь было понятно, что она только что сделала. Она избежала разговора о правах наследования. А в конце, при восьми домах, вручила Иеремии обязательство, от которого невозможно отказаться, не потеряв лица. И подняла два сомнения так, что придраться было не к чему. Она же её похвалила.