Я шла по тёмной улице, и казалось, что сама ночь давит на плечи. Каждый шаг отдавался в груди тяжёлым ударом. Мне было страшно идти одной. Почему я отказалась от предложения Фибби проводить меня? Почему?!Вдруг в стороне раздалось тихое шуршание. Сердце будто ушло в пятки. Холодный страх сковал всё тело.Чёрт.

Я достала телефон, надеясь вызвать такси, но он, как я и подозревала, был мёртв. Моя рука дрожала, а шаги стали быстрее, почти бегом.

Темнота вокруг сгущалась, словно хотела поглотить меня. В сумке я почувствовала маленький канцелярский ножик и крепко сжала его в ладони. Хоть какая-то защита... но от чего?

Вдалеке показался свет фар. На мгновение сердце чуть успокоилось: может, это Адам возвращается домой? Может, он меня подбросит? Хоть так я хотя бы доберусь до дома... Но страх бил сильнее надежды.

Нет. Машина не его. Чёрный BMW остановился прямо передо мной.

Из неё вышел мужчина лет тридцати. Его лицо казалось мрачным, а кривая улыбка... Она пробила меня холодом.

— Девушка, а не могли бы вы подсказать дорогу? — голос был низкий, хриплый. Он словно скользил по коже, заставляя сердце колотиться ещё быстрее.

Я не могла ни вздохнуть, ни пошевелиться. Что делать? Заговорить? Бежать? Всё внутри кричало: убегай!

— Ну чего же вы молчите?

— Я... я не знаю, куда вам нужно... Извините, мне пора... — слова вырвались с заиканием, губы дрожали. Я сжала ножик ещё сильнее, почти до боли.

Он сделал шаг ближе.— Да ты садись, я объясню, куда мне нужно, а ты покажешь. Заодно домой подкину. Чего же ты одна гуляешь в такую темноту? — в голосе слышалась насмешка, а глаза его холодно блестели.

Внутри всё перевернулось. Слёзы подступили к глазам. Тело онемело, дыхание сбилось. Мне было невыносимо страшно пошевелиться, а мозг кричал: Беги! Кричи! Делай что‑нибудь!

Но ноги будто срослись с асфальтом. Я стояла, разрываемая страхом, одиночеством и беспомощностью.

Переборов сковывающий страх, я рванула в противоположную сторону — но не успела. Мужские руки мгновенно сомкнулись на мне и резко дернули назад. Я отчаянно закричала, начала вырываться, но силы были неравны. Он зажал мне рот ладонью, грубо пытаясь затолкать в машину.— Закрой рот! — рявкнул он и с силой ударил меня по лицу.

Голова дернулась, мир на секунду поплыл. Я смотрела на него диким, полным ужаса взглядом и молилась, чтобы сейчас, именно сейчас, рядом оказался хоть кто‑нибудь. Я снова вырывалась, кричала, но он не останавливался, упрямо таща меня к машине.

От накатившего волной страха к горлу подкатила тошнота. Сердце билось так, словно пыталось вырваться из грудной клетки.