Я опустилась на ступеньку и заплакала.
Глава 6
Я сидела на деревянной ступеньке, захлёбываясь собственными слезами.Мне хотелось стереть себя за эту слабость, за то, как она вырывалась наружу, не оставляя ни малейшего шанса на контроль. Я не могла остановиться — приступ паники накатывал волнами.На сегодня было слишком много плохого.Я просто сломалась — как пластиковая кукла, треснувшая от малейшего давления. Я допустила ошибку. Показала слабость.
Внутри было невыносимо больно от новостей, которые навалились разом. Мысли путались, в голове царил хаос, а душу разъедала тревога перед неизвестным.
И что будет дальше?Этот вопрос врезался глубоко, почти физически.
Дверь позади меня с грохотом распахнулась, и в коридор вылетели родители.
Мать, увидев меня в истерике, сразу подбежала ко мне.
— Боже... — выдохнула она, опускаясь рядом.
Они не понимали, что происходит. Не понимали, откуда такая реакция и как я вообще здесь оказалась.
Но Ксандр понял сразу.
Он знал: сама я сюда прийти не могла. Значит, я приехала с Адамом.
— Чёрт... — громко вырвалось у него.
Он со злостью пнул ногой вазу, которую я задела раньше.
Мама гладила меня по спине, пытаясь успокоить, повторяя, что всё будет хорошо.Но она не понимала — это состояние было не из-за них. А я не могла выдавить из себя ни слова.
Ксандр рванул вниз по лестнице — искать сына.
Мама помогла мне подняться и тоже повела вниз, но я едва держалась на ногах. Левая нога невыносимо болела. Я почти была уверена, что вывихнула её.
— Боже, Кэтрин, что с твоей ногой? И вообще... что с тобой? — встревоженно спросила она.
Но больше ничего не стала спрашивать. Просто взяла меня под локоть и помогла спуститься.
Внизу мы застали Ксандра, который о чём-то бурно говорил с Адамом.
Я думала, он уже уехал.Наверное, просто не успел.
Адам стоял с абсолютно безразличным выражением лица. В руке у него был стакан с каким-то напитком.
Адам пьёт?Почему у него такая резкая реакция?Почему он наплевал на моё состояние и просто оставил меня на лестнице?
Да пошёл он.
Мы с мамой подошли ближе, и Ксандр громко сказал:
— Дорогие дети. То, что вы сейчас услышите, может вам не понравиться, но мне абсолютно плевать, ясно? Я взрослый мужчина, Амалия — взрослая женщина, и мы имеем право делать всё, что захотим.
—Мы с Амалией вместе.
Я стояла и слушала, но в ушах словно заложило.Слова доходили с опозданием.
Мне было страшно не за себя — за маму. Она так много пережила с моим отцом. Я не хотела, чтобы ей снова пришлось пройти через это.
И осознание пришло мгновенно.
Значит, этот месяц они тайно встречались с Харденом.