Мы вошли в дом, и я сразу почувствовала разницу с улицей: здесь было тихо, словно каждый звук за пределами стен поглотился мягким ковром и высокими потолками. Входная дверь закрылась за нами с лёгким щелчком, и я на секунду замерла, изучая просторное фойе.Стены были светлые, с изящными молдингами, а пол — из гладкого, блестящего мрамора, который отражал каждый шаг. В воздухе витал лёгкий аромат цветов, смешанный с тонким запахом полированной древесины. По обе стороны стояли изысканные вазы с живыми букетами, а у дальней стены — массивная лестница с резными перилами, ведущая наверх.

Мама сразу направилась к дивану у окна и села, сняв сумку. Я осталась стоять, почти не в силах оторвать взгляд от деталей вокруг: картины в золотых рамках, канделябры, мягкие ковры, расставленные так, чтобы каждый проход был словно подиум.

— Вау... — прошептала я себе под нос. — Это просто невероятно.

Мама заметила мой взгляд и улыбнулась:

В груди разлилась смесь восхищения и лёгкого волнения. Всё казалось одновременно знакомым и чужим, как будто я попала в сказку, но при этом знала, что каждый шаг здесь нужно делать осторожно.

Я прошла в гостиную, не сводя глаз с интерьера: большие окна, сквозь которые пробивался мягкий свет, роскошные кресла с бархатными подлокотниками, стеклянный стол с аккуратно расставленными книгами и журналами. Всё дышало изысканностью и одновременно — гостеприимством.

— Мама, — сказала я тихо, — здесь можно совсем потеряться...

Мама только улыбнулась и кивнула, словно подтверждая: иногда роскошь — это не про деньги, а про ощущение места, где можно быть спокойно.

Я глубоко вдохнула и пошла дальше по дому.

На мамин телефон пришло уведомление:«Буду через десять минут» — Амина.

Сумки нам помог занести Ксандр, так что мы решили пройтись по дому и ещё немного осмотреться, прежде чем приедет Амина.

Через некоторое время раздался звук открывающейся входной двери, и в дом вошла женщина лет сорока.

Амина была воплощением женственности и элегантности. Длинные струящиеся локоны тёмного оттенка обрамляли её лицо, деловой костюм сидел безупречно, макияж был аккуратным и ненавязчивым, а губы подчёркнуты красной помадой. Всё в ней говорило о грации и уверенности.

Как только она увидела нас с мамой, её лицо расцвело улыбкой, и она сразу направилась к маме:

— Амалия! Родная, как же я скучала!

Амина радостно раскинула руки, приглашая к объятиям. Мама с радостью ответила, смех и тепло их приветствия заполнили пространство, а я стояла в стороне, не решаясь нарушить этот трогательный момент.