* * *

Последствия мирных переговоров не заставили себя долго ждать, и, скажу я вам, оказались они быстрыми и брутальными, как удар кастетом в висок.

Первой ко мне подвалила Сияна Шило, управительница Шилово, и слова её, мягко говоря, не добавили мне оптимизма.

По её мнению, этот хитрый жук Лекс Могучий меня попросту обвёл вокруг пальца,уйдя от справедливого, как ей казалось, возмездия за все его прегрешения.

Я, конечно, как мог, пытался ей втолковать, что война — это вообще не вариант, особенно с учётом того, какие жуткие козыри в рукаве он припас на самый крайний случай, чтобы защитить свою драгоценную шкуру. Но ей было глубоко по барабану. Наши контракты, мол, доработают до конца срока, а потом всё, адьос, град Весёлый для Шилово больше не кореш.

Прикинь? И пофиг, что всё началось с того, что именно Сияна просила себя защитить, и из-за неё всё и завертелось! Не так давно она сидела в жуткой депрессии и вообще помирать собиралась, а я, по сути, лишил клыков её злейшего врага, но Сияна всё равно восприняла мою роль представителя Лекса как чистое предательство. Вот такая, блин, женская логика, чтоб её!

Я, конечно, понадеялся, что это она так, сгоряча ляпнула. Ну, типа на эмоциях. Что пройдёт немного времени, она там остынет, пар выпустит, и до неё дойдёт, что я тут, в общем-то, не враг ей, а совсем даже наоборот. Но давить дальше в тот момент мне казалось просто бессмысленным занятием.

Вместо этого я просто дал ей выговориться, выплеснуть всю свою желчь, ну и извинился, где только можно было чисто для проформы, конечно. Пусть думает, что проняло.

Госпожа Анна Вульф отнеслась ко всему куда спокойнее Сияны, эдакая леди до мозга костей, но её слова прозвучали холодно и взвешенно, как будто каждую фразу на аптекарских весах отмеряла.

— Лекс Могучий принёс в этот мир немало страданий, — сказала она, глядя куда-то мимо меня своими прозрачными, чуть выцветшими глазами. — Горя мы хлебнули из-за него, не дай боги никому, — голос её был тихим, почти шелестящим, как сухие листья под ногами. — Но я не думаю, что мы смогли бы его захватить. Слишком уж он хитёр и изворотлив, этот Лекс. Ты хорошо поработал, Алексей.

И всё. Точка. Ни слова больше. К тому же день становился всё холоднее, пробирая до костей стылым ветром, а ей нужно спешить домой, пока дороги не замело окончательно. Меня, честно говоря, несколько озадачила такая сдержанность. Анна, блин, как партизан на допросе, отказывалась делиться чем-то большим, чем абсолютно сухим комментарием. Никаких эмоций, никаких личных оценок, чисто факты, как в полицейском протоколе. Было бы неплохо, конечно, поболтать с ней подольше, может, выудить чего интересного, но я прекрасно понимал её спешку: зима здесь не тётка, а суровая реальность.