— Я не из тех, кто отступает от драки. У меня достаточно большая армия, чтобы создать торгашам реальные проблемы, и если ваша коалиция на севере сильна хотя бы вполовину моей армии, мы станем серьёзной силой. Но не думай, что всё закончится за один день после объявления войны. Это может превратиться в долгую и грязную войнушку.

— Всё, что нам нужно, — это добиться капитуляции Правления, — сказал я. — Вот и всё. Они контролируют всю организацию. Если они сдадутся, мы сможем навязать им новые условия. Условия, которые освободят нас от их монополии.

— Лучше было бы их всех перебить, и дело с концом, — сказал Герман.

Я покачал головой.

— Уничтожение Правления создаст для нас проблему похуже.

— Это ещё почему?

— Гильдия — это гидра, корпорация. Уберёшь одних — они назначат других подонков. Те адаптируют тактику, и война продолжится, пока нам не надоест. Мы не победим. А вот падение Правления позволит обрушить саму структуру, распустить её.

— Что ж, хорошо, — сказал Герман. — Поговорим о вознаграждении? Мы предварительно общались и согласовывали, что моя армия получает оплату за боевые действия. Но не обсуждали цену.

— Да. Назови свою цену, — мне нравилось так ставить вопрос в переговорах. Контрагент вынужден сразу озвучивать свою позицию, раскрывать карты — при полной свободе манёвра с моей стороны.

— Десять тысяч золотых в день, и всё, что захвачу, — моё.

— Десять тысяч золотых за каждый день в бою или осаде, имей в виду, — уточнил я. — Я не собираюсь платить тебе за то, что вы тут будете бездельничать.

Герман ухмыльнулся.

— О, не волнуйся, мы будем двигаться и воевать. И начнём очень быстро.

Он свистнул, и из глубины леса донёсся пронзительный птичий визг. Звук эхом прокатился между деревьев, и я почувствовал, как волоски на шее встали дыбом. Это был не обычный крик — в нём слышались нотки хищной ярости и первобытной силы.

— У нас теперь есть грифоны, — сказал Герман с гордостью в голосе.

— Они всё это время были рядом?

— Конечно. Не один ты любишь безопасность.

Сначала я услышал гул приближающихся крыльев — мощный, ритмичный, как удары огромного сердца. Потом затрещали ветки, и из крон вековых дубов вынырнула тень размером с небольшой дом.

Грифон приземлился с грохотом, который, казалось, сотряс всю поляну. Земля под ногами дрогнула. Это был не тот мифический зверь из сказок, которого я себе представлял. Реальность оказалась гораздо внушительнее.

Передняя часть — орлиная голова размером с медведя, клюв, способный переломить человека пополам, и глаза цвета расплавленного золота, пронзительные и разумные. Каждое перо на крыльях было длиной с мой меч. Задняя часть — львиные лапы с когтями как кинжалы, мускулистое тело, покрытое густой гривой.