Мои руки дрожали. Реально дрожали. Что бы сделал Герман? Рагнар?
Герман бы рвался в бой. Для него честь солдата важнее жизней гражданских — суровая, но понятная логика. А Рагнар… Рагнар умеет просчитывать ходы, но он уже не тот человек, что попал сюда с Земли, он — король. У него есть роскошь мыслить масштабами столетий. А я? Кто я теперь?
А что бы я сделал на Земле?
В критических ситуациях я не выбирал деньги любой ценой. Активы всегда можно потерять, а людей — нет. Люди живут дольше денег, люди способны пережить даже государства. Зачем их губить, если станок можно изготовить новый, а деньги — заработать.
Я посмотрел на этих людей — кузнеца, торговку, мать с ребёнком. Они смотрели на меня с надеждой. Думали, что Избранник их спасёт. Что я — тот самый герой из легенд, который всегда найдёт способ победить зло.
Если бы они знали…
Если бы они знали, что я думаю сейчас не о том, как их спасти, а о том, как минимизировать ущерб. О том, что двадцать пять жизней — это меньшие потери, чем штурм города. О том, что Лилия предлагает эффективное решение бизнес-кейса.
«Любая проблема — это бизнес-кейс». Моё собственное кредо.
Так какой у меня план? Атаковать и терять тысячи ради принципа? Или отступить и показать всему миру, что у Алексея Морозова есть слабость, которую можно эксплуатировать?
А ведь слабость действительно есть. И Лилия её нашла.
Я не выношу, когда умирают невинные, особенно дети. Это иррационально, непрактично и делает меня предсказуемым. Но ничего не могу с собой поделать.
В этом мире полно Избранников, которые легко решили бы эту дилемму. Герман бы атаковал — для него честь важнее жизней. Кто-то другой просто развернулся бы и ушёл — прагматично и без лишних угрызений.
А я стою здесь и трясусь, как последний болван.
Но, возможно, это и есть то, что отличает меня от них. Возможно, моя «слабость» — это именно то, что делает меня сильнее в долгосрочной перспективе. То, что мне не плевать.
— Ты чудовище, Лилия! — закричал я, указывая на неё пальцем.
— Вовсе нет, — сказала Лилия. — У меня нет никакого желания убивать этих людей. И если всё будет по-моему, нам не придётся совершать этот гнусный поступок. Решение за тобой. Их кровь будет на твоих руках.
Глава 28
Ультиматум.
У меня было восемь часов, чтобы согласиться на мирный договор, который не давал мне ровным счётом ничего. Или же Торговцы начнут резать ни в чём не повинных людей прямо в своём городе, Торгограде, — столько, сколько смогут. После того как это «щедрое» предложение было озвучено, Лилия Кроул и её свита удалились за стену в ожидании моего ответа.