Преданные Торговцы пытались держать строй, но наёмники и те, кто пришёл просто за деньгами, при виде такого могущественного существа тут же сломались. Они бросали свои посты и бежали без оглядки. Был отдан приказ к отступлению, и в Торгоград полетела депеша. Как и предсказывал Али, реакция врага на такую демонстрацию силы была предсказуемой — они решили удвоить ставки. По данным наших разведчиков, из столицы выступила огромная армия, которая двигалась на перехват ударных сил Германа, захвативших теперь уже слабо защищённый проход к Утесам Кариота.
Вот только враг не догадывался, что людей Германа там и след простыл. Это был чистой воды спектакль. Они быстро захватили плацдарм в горах, разбили бутафорский лагерь, а затем нарядили в свою форму и доспехи нищих и всякий лагерный сброд, который всегда крутится возле армии. При первом же появлении врага эти наёмные актёры должны были бросить свои посты и раствориться в горах, прихватив с собой выданное им золото и бутафорские доспехи.
К тому времени, как Торговцы поймут, что сражаются с призрачной армией, будет уже слишком поздно. Герман окажется в неделях пути от них, тихо отсиживаясь в холмах напротив Торгограда и ожидая моего сигнала, чтобы начать настоящее вторжение.
Я не стратег, но Торговцы неверно оценили ситуацию: двинули ко мне войска — и понесли поражение; ловили Германа там, где его нет, и не обороняли свою столицу от Рагнара, который формально не был моим союзником.
Глава 27
Полуденное солнце достигло зенита, заливая светом армию, стоявшую передо мной.
Над войском развевалось шесть разных флагов: четыре принадлежали Избранникам Северной Коалиции, один — моему Граду Весёлому, и ещё один — стяг Германа. Осадные орудия, благодаря инженерному гению Роджера Фрейда, Избранника Тортугоса, были собраны заранее. Это были мощные требушеты, способные метать валуны с невероятной точностью — всё благодаря особому сочетанию магии, которое Роджер разработал специально для военных нужд.
Сил у коалиции было достаточно.
С осадными машинами в тылу, с основной армией в тридцать тысяч клинков, развёрнутой перед городом, и ещё двадцатью пятью тысячами, что затаились в холмах для засады, — мы чувствовали себя более чем уверенно. Словно рейдеры, которые перед захватом крупного завода дали взятку начальнику полиции и теперь знают, что никто не вмешается.
До этого дня я ни разу не видел Торгоград.
Ожидал чего-то роскошного и вычурного, города, способного потягаться великолепием с легендами из сказок «Тысячи и одной ночи» — этаким местным Нью-Йорком, — но реальность оказалась куда прозаичнее.