— Это что за хрень? — пролепетал Борис, вжавшись в сиденье.
Иллюзорная армия росла с каждой секундой. Сотня. Две сотни. Пятьсот. Монстры выстраивались в боевые порядки с пугающей синхронностью, их красные глаза горели в сумерках, как угли.
— Боги милостивые, — прошептал капитан стражи Бориса. — Их… их же тысячи.
Первым дрогнул молодой солдат в заднем ряду. Он выронил копьё и попятился.
— Стоять! — заорал капитан, но в его голосе уже не было уверенности.
Фома опустил руки и вытер пот со лба. Его лицо было бледным от напряжения, но довольная ухмылка играла на губах.
— Главное — детали, — прошептал он мне. — Видишь, как у того урода кишки торчат из брони? А у этого половина лица сгнила. Страх рождается в мелочах.
Иллюзорные монстры двинулись вперёд. Их шаги не производили звука, но земля под ногами словно вибрировала от ужаса. Некоторые волочили за собой окровавленные цепи, другие точили клинки о собственные кости.
— К оружию! — крикнул капитан, но его голос сорвался на визг.
Второй солдат бросил щит и побежал. За ним — третий. Потом капитан увидел, как один из монстров оскалился прямо на него, и его нервы окончательно сдали.
— Отступаем! — завопил он. — Все назад! Это демоны! Исчадия ада!
И тут началась настоящая паника. Люди Бориса ломанулись врассыпную, бросая оружие и не разбирая дороги. Кто-то споткнулся и упал, и его тут же растоптали собственные товарищи. Всадники пытались развернуться, но обезумевшие от ужаса лошади вставали на дыбы.
Остались только люди Германа. Он действительно победил без потерь.
— Стойте, идиоты! — орал Борис, который, вероятно, догадался, что происходит, но слишком поздно. — Это же всего лишь…
Но его слова потонули в грохоте отступления. За несколько минут от гордой армии торговца остались только клубы пыли на дороге.
В результате этого представления бесхребетный и откровенно слабый Борис оказался у меня под арестом.
Герман ржал как ненормальный, а Фома принимал поздравления.
Я же был вынужден признать, что постройка его магической башни была крайне выгодной инвестицией.
Глава 25
Борис молчал уже третий час, и это молчание говорило больше любых слов.
Я изучал его профиль, пытаясь прочитать мысли за каменной маской. В бизнесе я встречал множество таких типов — людей, которые умели контролировать свои эмоции даже в критических ситуациях. Но обычно такое самообладание стоило дорого, и рано или поздно они срывались.
У меня с самого начала были серьёзные сомнения насчёт его истинных намерений.
Если бы речь действительно шла только о сохранении капитала, зачем было приходить лично? В корпоративном мире такие переговоры ведут через посредников — адвокатов, консультантов, людей, которых можно легко списать, если сделка провалится. Но Борис явился сам, рискуя попасть в мои руки.