Однако, пока я шёл к конторе Юрипа на Рыночной площади, меня начал грызть червячок сомнения. Почему Торговцы никогда не пытались сделать нечто подобное? Да и вообще, почему никто в Истоке не пробовал создавать торговые порталы? Может, существовал какой-то неизвестный риск, о котором Фома мне не рассказал? Или, что ещё хуже, о котором он и сам не знал?

Эти фантомные страхи быстро одолели меня, и, хоть я и пытался от них отмахнуться, они прочно засели в голове.

Стратегическая карта, почувствовав мои сомнения, развернула перед мысленным взором древо вероятностей. Красные маркеры обозначали потенциальные угрозы: «Магическая нестабильность — 15%», «Вмешательство третьих сил — 23%», «Непредвиденные побочные эффекты — 31%». Жёлтые — возможности: «Монополизация портальных перевозок — 67%», «Расширение торговых маршрутов — 78%».

Чёрт, да в девяностые я рисковал куда сильнее и сколачивал состояние. Помню, как в 95-м решил заняться экспортом алюминия из Братска. Тогда все говорили, что это безумие: железнодорожные тарифы неподъёмные, конкуренция жёсткая, рынок поделён. А я просто нашёл лазейку в таможенном законодательстве и за полгода отбил все вложения.

Но была и оборотная сторона медали. В 96-м я решил инвестировать в «революционную» технологию консервирования мяса. Некий профессор из Академии наук клялся, что его изобретение изменит всю пищевую промышленность. Обещал срок хранения в десять раз больше обычного при сохранении всех вкусовых качеств. На бумаге всё выглядело безупречно: патенты, экспериментальные данные, рекомендации коллег.

Я вложил в этот проект два миллиона долларов. А через три месяца выяснилось, что «чудо-консервант» вызывает у людей тяжёлое отравление. Причём симптомы проявлялись не сразу, а через неделю-две. К тому времени, как мы это поняли, партия в семьдесят тысяч банок уже разошлась по магазинам.

Судебные иски, компенсации, закрытие производства — всё это обошлось мне в двенадцать миллионов. Но хуже денег была репутация. Полгода меня называли «отравителем», и многие партнёры просто отказывались иметь со мной дело.

А ведь тогда я тоже думал, что всё просчитал. Тоже верил, что технология проверена и безопасна.

Портальная магия… Чем она отличается от того консерванта? Фома клянётся, что всё безопасно, показывает древние трактаты, ссылается на опыт предшественников. Но что, если он что-то упустил? Что, если существуют долгосрочные последствия, которые проявятся через месяцы после запуска врат?

Стратегическая карта тут же обновила анализ, добавив новые риски: «Долгосрочные магические эффекты — неизвестно», «Влияние на окружающую среду — неизвестно», «Реакция местной фауны на портальную энергию — неизвестно».