На втором этаже я остановился, сверяясь с мысленным планом башни. Кабинет Лании находился в северном крыле, за двумя поворотами и длинным коридором. Оттуда уже доносились звуки — негромкий разговор, стук посуды. Видимо, ночная смена охраны устроила себе поздний ужин.

Я обогнул их, используя параллельный коридор. Сердце колотилось — не от страха, а от азарта. В молодости я не раз проворачивал подобные штуки, правда, тогда речь шла о корпоративном шпионаже, а не о физическом проникновении в здание. Но принцип оставался тем же: не торопись и думай на три хода вперёд.

Наконец я добрался до знакомой двери с медной табличкой «Администратор Лания». Замок выглядел стандартно — тот самый дешёвый хлам, о котором предупреждал Нож.

Кабинет был заперт, но скелетная отмычка, которую он мне дал, с лёгкостью решила эту проблему. «Все замки Торговцев — барахло, — говорил Нож, показывая тонкий чёрный ключ. — Их делал тот, кто предложил самую низкую цену на тендере. Одна такая штука откроет любую стандартную дверь». Он был прав: ключ идеально обошёл штифты, и замок беззвучно поддался.

Дверь со скрипом отворилась. Я скользнул внутрь, осматриваясь. В комнате царил полумрак. В центре, на столе Лании, стояла единственная восковая свеча. Она почти догорела, но её слабое пламя отбрасывало достаточно света, чтобы я увидел нечто до неприличия интересное.

На столе лежали восемь слитков чистого золота. Рядом — несколько невзрачных мешочков из мешковины. Стоимость этих слитков исчислялась тысячами. Какого чёрта они лежали на столе Лании совершенно без охраны?

Я тихо прикрыл за собой дверь и подкрался ближе. Изначально я планировал просто сесть и дождаться её прихода утром. Но теперь… теперь я размышлял о значении этого золота. Рядом со столом я заметил ещё мешки, чем-то набитые. Осторожно ткнув один из них носком ботинка, я почувствовал внутри что-то твёрдое и тяжёлое — мешок даже не сдвинулся с места.

— Неужто растрата? — прошептал я, присаживаясь на корточки.

Один из мешков был приоткрыт, и в щели блеснуло что-то металлическое. Я заглянул внутрь и присвистнул. Серебряные монеты, сложенные аккуратными стопками. А в соседнем — драгоценные камни, каждый размером с грецкий орех.

«Либо у девочки началась паранойя по поводу банков, — подумал я, разглядывая сокровища, — либо она готовится к очень быстрому отъезду. А может, и то и другое».

Я поднялся и направился к письменному столу. Гроссбух лежал раскрытым, а рядом валялись листы с какими-то расчётами. Я наклонился к свече, чтобы лучше их разглядеть.