Отдельный проекционный экран был посвящен активности в смежных системах, куда наш начальник штаба флота, а по совместительству и всех остальных служб, кроме инженерной и медийцинской, заслал автономные малые корабли, оборудованные модулями скрытности. И да, все «Тени» и «Пелены» он у нас забрал именно для них. И теперь стоят эти кораблики там, раскиданные на точках перехода, и в реальном практически времени сообщают о любой активности. Периодически туда же наведываются и наши крейсера, проверяют сигнал с ретрансляторов, потому как само расположение наших кораблей-шпионов секретно, и возвращаются в материнскую систему. Короче, Парм сделал всё то, чего не сделал я. Он вообще оказался крепким профессионалом, но при этом смотрел на меня, сугубо наглого самоучку и выскочку, с неподдельным уважением.

— Плесни мне тоже, — дроид-стюард начислил в пузатый стакан, почти как наш хайбол, только больше объемом. — Давай сразу правду-матку и без прелюдий… Я знаю, что налажал, но где никак не могу понять.

Большой глоток виски взбодрил мозги, настраивая на вдумчивое восприятие справедливой критики. Уважать — это еще не значит не указать на допущенные ошибки. Поэтому давай, Парм, жги!

Адмирал вместо этого жестом смахнул одну из схем на голопроекции, и ее место заняла другая, более насыщенная и до боли напоминающая ту, что я все сражение видел перед внутренним, скорее даже машинным зрением в слиянии.

— А мне нечего сказать. По симуляции искина ты проиграл все три сотни построенных эмуляций, — развел руками Терен Парм.

Да ладно… Не может такого быть, уж зануды искины точно нашли бы вариант-другой.

Ты выбрался из ловушки не благодаря, а вопреки. И, видимо, не в первый раз, тут моя логика и наука бессильны…

— Что, вообще вариантов не было?

Терен только покачал головой и глотнул из бокала. Неслабо так глотнул, надо полагать, тоже выбитый из колеи, казалось бы, совершенно радостной, но в то же время нелогичной ситуацией.

— Обе эскадры отозвали для перегруппировки и консультаций. Знаешь… Корпораты испугались, что ты еще что-нибудь отчебучишь и их акции снова просядут в цене. И готовая операция по нашему блокированию просто рассыпалась. Но знаешь? — он неожиданно цепко посмотрел мне в глаза. — После этой твоей выходки я тоже совсем не уверен, что и здесь у них все пошло бы по плану! Так что давай выпьем и я займусь работой, а то вдруг у нас очередной бой, а у меня флагман не покрашен…

Последнее, надо полагать, знаменитый флотский юмор — мы еще ни один свой корабль не красили, как-то не до этого было. Да у нас и краски нормальной наружной нет, а та, что есть, — редкостное гуано, потому как побочный продукт производства пластика.