— Адмирал Парм, прошу.

— Принято, Ваша светлость.

Это вообще момент такой пафосный получился, потому как мы его транслируем по флоту. И я, и Парм сейчас не в капсулах находимся, а стоим на мостиках с гордым, уверенным и независимым видом в идеально подогнанной, стерильно чистой форме при полном параде. Потому как сейчас случается, вот прямо сейчас, самый настоящий момент истины, который определит, будем ли мы тварями дрожащими или просто морду начистим всем, кто к нам с претензией придет. Ну, всё как по классике земной литературы.

«Муха» дернулась. И на предельно возможной для удержания стабильности реакторов скорости начала смещаться в сторону блокированной и отбивающейся от атаки со всех сторон эскадры. Легкие и средние крейсера сейчас все еще утюжили потерявшую свой щит матку и технически могли ускользнуть из захлопнутой кочевниками ловушки. А вот тяжи и носители стояли на минимальном расстоянии друг от друга, буквально чуть ли не цепляясь щитами, и огрызались от сыплющихся со всех сторон зарядов плазмы. Щиты пока держались, но надолго их в любом случае под обстрелом такой интенсивности не хватит. И на этом фоне происходит совершенно неожиданное: станция дернулась и, постепенно ускоряясь, поплыла в сторону моей запертой эскадры. Ну а что, зря, что ли, мы буксиры делали? Да, изначально задачи у них предполагались другие, и да, в нынешнем виде «Муху» в гипер им не утащить никак. Но кто сказал, что эти корабли-движки, которые мы элементарно не успели разобрать, не смогут перетаскивать нашу любимую станцию по плоскости системы? Я вот никаких противоречий не вижу в этом.

Инерция — это такая штука, которая на крупные объекты сильно влияет. Именно поэтому «Муха» приближалась совсем не быстро, но вот и материнские корабли кочевников не могли в один момент отвернуть и тоже из-за нее, в отличие от их остального флота, который бросился в рассыпную, как только попал в зону действия ПКО. Мы же начали смещаться вбок и вперед, чтобы снова вцепиться в подбитый материнский корабль, и вот тут один из бронированных бутонов вошел в сектор эффективного обстрела главного калибра «Мухи». Космос наполнил свет от десятков росчерков единого залпа, опустошившего накопители станции и напрочь слизавшего щит, испарившего броню и располосовавшего отсеки трехкилометрового корабля. Мы же снова разрядили накопители эскадры главным калибром в чадящий расплавленным металлом здоровенный корабль и с гордо поднятыми щитами ушли к силовому полю станции. Оставшиеся две матки смогли отвернуть, не входя в радиус поражения, но это, скорее всего, благодаря тому, что у нас не осталось заполненных накопителей, чтобы сделать еще один такой же опустошающий залп.