— Мой адмирал, блокировка связи преодолена, — сообщал мне Лэйн, который вопреки собственному возможному повышению предпочел остаться на моем флагмане.

— Мухе, начать передачу о предполагаемой цели нашествия и о количестве и составе орды на Пирус.

— Принято, Ваша светлость.

Ого, а это уже кто-то другой. Даже не знаю, у нас теперь довольно много офицеров — служба-то растет. Сейчас наш модуль связи выдаст мощнейший импульс, сравнимый по энергоемкости с нашим только что произведенным залпом, именно из-за него на второй залп нам и не хватало. Но тут такая штука, что промедление смерти подобно — этот импульс пойдет прямо на Пирус, минуя все узлы, и будет там часов так через тридцать, то есть в три раза медленней, чем пересылаемый узлами связи в обычном режиме. Но зато напрямую. Неэкономично, дорого, но можно иногда и в крайнем случае, когда риск выхода тонкого оборудования из строя оправдан — как раз наш случай.

— Флот под щит станции. Скиф и Сармат приготовиться к подключению к энергосети Мухи, — приказ ушел, и я опустился в стоящее позади кресло. Не кресло, конечно же, а та же капсула, просто с измененной формой, специально для флотоводцев изготовленная, — это всё Парм постарался и, видать, для себя готовил, но решил перед такими сражениями мне отдать. — Тактики, доклад передать адмиралу Парму. Жду схем и предложений. Остальным, как встанем на подкачку, отдыхать.

* * *

Неожиданная оплеуха заметно охладила пыл кочевников и позволила эскадре практически безнаказанно действовать в ближайшей зоне станции. Казалось бы, какой от этого прок, ведь блокада, по сути, никуда не делась, а станцию с работающими реакторами в гипер не утащишь, если, конечно, не стоит цель феерического массового самоубийства целой гетакомбы человеческой глупости. Возможно, для кого-то это и так, но только не для нас. Наши трофейные команды под прикрытием станции и эскадры распотрошили все, что остались болтаться в нашей зоне контроля, корабли кочевников, от самых малых до вполне себе больших крейсеров. А самое главное, мы потрошили обе поверженные матки. Да, на той, по которой пришелся полный залп станции, мало что осталось, точнее, осталось-то много, но всё на запчасти. А вот вторая, потерявшая ход и так и оставшаяся висеть в зоне поражения главного калибра «Мухи», вот там было много чего интересного, и прямо сейчас, вот уже второй день шел ее абордаж вместе с параллельной разборкой зачищенных отсеков. Звучит и выглядит дико, а движки для «Матадора» мы с нее уже сняли. Других-то нет, они как были на буксиры установлены, так там до конца всего этого нашествия наверняка и останутся. А возможно, и больше, но уже в виде специализированных маршевых модулей, которые позволяют некоторым станциям активно передвигаться по системе, впрочем, медленно и с минимальными перепадами ускорения и инерции. Тот маневр, что мы провернули, по факту был на грани фола и мог закончиться аварийной остановкой реакторов. Тогда бы пришлось выкручиваться менее элегантно, конечно… Но победителей не судят. И в первом действии мы явно одержали верх, иначе не копались бы во внутренностях корабля-матки кочевников.