— Спасибо, — сказал Хэдли. — Что мы тебе должны за это?

— Ни черта вы мне не должны, — ответил я, отворачиваясь и подчеркнуто старательно запихивая сумку на место. — Можете считать, что я избавился от неликвидов.

— Ну это неправильно, — сказал он.

— Мы же не выпрашиваем подарков, — добавила мулатка. — Наверняка тебе что-то нужно. Всем что-то нужно, надо только подумать.

— Мне домой нужно, меня семья ждет, — сказал я, задвигая боковую дверь фургона. — А с этим вы мне помочь точно не сможете. Поэтому забирайте стволы и давайте грузиться в машины, время теряем.

— Там еще заправку не закончили, — показал он на грузовик. — Минут пять еще займет, как мне кажется.

Они оба перетаптывались на месте, не решаясь уходить, словно ожидая, что я передумаю и что-то потребую взамен. Но я не требовал ничего, а вместо этого помахал рукой подходившей со стороны озера Дрике с Тигром на руках. Этот полосатый зверь, недавно еще дикий, вдруг оказался на редкость большим любителем сидеть на коленях, также перемещаться с помощью чужих ног, удобно устроившись на руках.

— Дрика, садись пока к Эрике в машину, — сказал я ей, — кота можешь взять с собой. Джейк поедет на твоем месте, будет показывать дорогу.

— Ну мы пойдем, — сказала мулатка, увидев, что я демонстративно не обращаю на них внимания. — В общем, если тебе что-то понадобится, ты знаешь, где меня искать.

Сказано было как шутка, но предложено понимать как угодно.

Они ушли, но заявились Эрика с братом, вид которого, если честно, внушал сейчас куда больше уважения, чем вчера. Не только негры ненавидят «уиггеров», но и у меня самого к ним отношение примерно такое же. Как бы я относился, например, к негру, который старательно выдавал себя за русского, невзирая ни на какие резоны? Примерно так же, пожалуй.

— Джейк, тебе из чего стрелять доводилось? — спросил я.

— Из всего, наверное, — пожал он плечами. — У отца был «калашников», еще я много стрелял из AR15. Дробовик, двадцать второй калибр с рычагом. Винтовки с болтом. Пистолет, револьвер.

Вот как. Правильные у парня родители были, научили чему-то полезному. В России, к сожалению, с ее законами так не выйдет. У нас не любят, когда население стрелять умеет и ему есть из чего стрелять. Стреляет у нас власть все больше. Как сейчас — не скажу, но раньше и в армии старались особо стрелять не учить. На проверке отстрелялся, хорошо если сам, и достаточно. А то так научится, а потом власть любить не будет, и что тогда?

Вообще во властях американских мне нравилось всегда немногое, но за одно качество я их уважал — они никогда не оспаривали право людей на самозащиту. Как бы сами ни жульничали со своим населением, как бы ни мухлевали, а риск того, что кто-то возьмет винтовку и в отместку стрельнет во власть предержащую, принимали стоически. Даже полицейские, в которых время от времени палили сошедшие с ума обыватели, не требовали немедленного и полного запрета на продажу оружия. Такой крепости духа у российских властей с царских времен не наблюдалось — что при советской власти, что позже, при «демократах». Рефлекс у властей один — самооборона, прикрываемая фарисейской болтовней о том, что народ «друг друга постреляет». А зачем народу друг в друга стрелять, интересно? Нет других кандидатур на отстрел, пожирней? Кто-то где-то лукавил в этом моменте, и лукавил сильно, беззастенчиво.