Нашли еще один «люк», из которого вылезла «субмарина» — хотя она почти плоская, могла и так проскочить. Уголек слетал на разведку.

Сначала нас ждала отвесная труба на несколько метров, а потом разветвления разной толщины, расходящиеся во все стороны, как ходы в муравейнике. А самый толстый шел параллельно с нами, так что мы решили даже не пытаться туда залезть.

Вскоре впереди замаячил свет, и, когда можно было только ползти (мне пришлось Краба снять со спины, а Руперту чуть ли не половину кастомных установок толкать перед собой), мы выбрались на узкую площадку, под которой разверзлась самая настоящая пропасть.

— Ох, ни хрена себе! — сказал Боб, пытаясь очистить перчаткой визор. — Вот это яма! Это все изо льда?

Я тоже глянул сначала вниз, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь. Дна не увидел, как и противоположной стены, — фонарь, по крайней мере, не добивал. А Уголек отлетел уже метров на двести, но никакой картинки так и не выдал пока.

Потолок зато был виден вполне отчетливо. И свет до него доходил (метров пять всего) и сам он походил на кусочек сыра с дырками, из которых пробивалось слабое свечение. Вряд ли прямой свет шел с поверхности, скорее это какие-то отражения от ледяных глыб. Через самые широкие отверстия даже легкий снежок пролетал, искрясь в сиянии наших фонарей.

От нашего «балкона» вверх и вниз вплотную к стене шла узкая (в самом широком месте не больше двух метров) дорожка. Она закруглялась по форме стены и терялась в полумраке.

— Это природа так построила, или кто-то руку приложил? — спросил Боб.

— Пока не пойму, слишком все ровненько и гладко.

— Зато я пойму! Я же говорил, что это все не снега и льды, а инопланетные тварюги. Вон чего понастроили, чтобы сжить нас со свету! — забормотал Руперт, обращаясь в первую очередь к самому себе, а не к нам. — Там логово рептилоидов чертовых, и клона моего они туда утащили — вон следы даже есть.

— Пошли поищем твоих рептилоидов, — перебил я. — Спускаемся! Аккуратнее со своими ногами. Тут скользко, — предупредил я Боба.

Мы спустились достаточно глубоко вниз. Настолько глубоко, что если закинуть голову, то верхнуюю границу котлована уже не увидеть.

Уголек отчитался, показав круг диаметром почти два километра. Неровное дно, усеянное ледяными глыбами. Кучу ответвлений-отнорков у самого дна. Я прикинула, что в самом большом из них можно идвухэтажное метро запустить.

Внизу, в ледяном лабиринте, курсировали «субмарины». И было кое-то еще! В противоположной стене от места, где заканчивался наш спуск (почему-то хотелось назвать его серпантином), слабо пульсировала искорка энергии! Мы нашли запасы скайкрафта!