— Обалдеть, сколько же здесь скайкрафта? — присвистнул я, параллельно листая в Сети статьи про шахтерское дело и фотографируя шахту.

— Крохи, — хмыкнул Хром. — Здесь же не только скайкрафт, здесь в основном астериус. Из него, кстати, тут все и построено, — он махнул рукой на кратеры, а потом постучал себя по груди. — А небесного совсем чуть-чуть, десятая часть процента.

Хром поехал дальше, направив самосвал к зданию, похожему на пропускной пункт. А я как раз дошел до заметки насчет астериуса.

Руда астериуса — второй по ценности минерал в Мерзлоте. По ряду показателей уступает скайкрафту, но все равно превосходит по своим свойствам все земные сплавы. Из астериуса делают клонов, оружие и инструменты. Строят здания и научные станции. Правда, РИП начал его применять только с пятидесятой, моей сорок второй железобетонке и в этом не повезло. Заработать мне, как частнику, на этой руде не получится. Только если найти новую жилу и продать координаты шахтерам. Я сделал пометку в сканере, чтобы в фоновом режиме всегда искал и этот минерал. Но сразу же отменил, потому что вокруг все запестрило сообщениями о находке.

Мы подъехали к КПП, миновали ворота и припарковались на большой стальной платформе. Я собирался выйти, но Хром меня придержал, чтобы остался на месте. Платформа вздрогнула и, как лифт, стала опускаться вниз. Метров через сто остановилась, самосвал тронулся и доехал до еще одной парковки. Там мы уже покинули кабину.

У-у-у, глубоко! Я посмотрел вверх на переплетение стальных балок и отдельных боксов, висящих прямо над пропастью. Одним скалолазанием тут не обойдешься. Зато земля под ногами была твердой.

— Пойдем, нас ждут уже, — Хром махнул рукой и потопал в сторону открытых дверей, уводящих внутрь скалы.

Мы шагали по стальным дорожкам из матового темно-серого астериуса (металл немного смахивал на вольфрам). Между дорожками — голая каменная порода. Никаких шлюзов, никакого кислорода — люди здесь не работали. Даже кранами, самосвалами, погрузчиками, бурилками, копалками, и чего там только они не используют, управляли дроиды. Невысокие широкие «инженерки» и такие же низкие, но крепкие клоны. При взгляде на квадратную спину Хрома, в голове невольно возникли ассоциации с дворфами.

Непрошенные ассоциации только укрепились, когда мы прошли через ворота. Точно в сказку попал! Передо мной стояла Белоснежка и семь гномов! То есть, один Ориджинал и семь клонов: сам Хром и еще шестеро, отличавшихся от него только окраской корпуса и степенью покоцанности.

Ориджинал выглядел странно. Если судить по первому впечатлению, это был классический темно-зеленый штурмовик с белым трафаретным номером: «один семь» и эмблемой экспедиционного корпуса. Нашего, российского корпуса, который расформировали из-за недостатка финансирования более двадцати лет назад. И все бы ничего, но на другом плече была еще картинка: цветок типа фиалки, а на груди на броне располагался едва заметный смайлик в виде мордочки котика. Похоже, там девушка. По отдельности я мог представить мужика с татушкой в виде котика или фиалки, но вместе — не получалось.