Из дома выехал без спешки. Сделал крюк через жилые кварталы, потом через пару улиц возле мастерских, потом еще один через рынок у порта. Проверился дважды. Не так, как это любят в кино — с лихими виражами и безумными перестроениями, — а скучно и терпеливо: светофор, витрина, отражение, смена темпа, короткая остановка, снова отражение в стекле автомата с газетами. Постоял в тупичке, а потом выехал и поехал обратно. Ничего. Никто не тянулся следом настойчиво и не повторял мои петли. Зашел в магазин, купил бутылку воды и шоколадные батончики. По выходу еще раз проверился. Чисто.

* * *

До парка я доехал уже в сумерках. Шоссе на Санта-Барбару гудело в стороне ровным, сонным потоком — фуры, редкие легковушки, автобусы. Но сам трейлерный парк лежал не у дороги, а в стороне, примерно в полутора километрах от трассы. К нему вела боковая разбитая дорога через сухую низину, старую рощу эвкалиптов и участок полудикой земли, где ветер гонял перекати-поле, а в канавах хрустела мертвая трава. Днем это место, наверное, еще могло сойти за заурядную загородную стоянку для бедноты и сезонных рабочих. Ночью же оно казалось куском выжженного ничейного мира.

Машину я оставил далеко, у старого съезда к заброшенной ремонтной площадке, так, чтобы ее нельзя было связать с парком даже при большом желании. Оттуда до нужного места было минут двадцать пять пешком, если не спешить и не шуметь. Я взял только самое нужное: пистолет, нож, бинокль, ПНВ, темную куртку и флягу с водой. На разведке все лишнее весит вдвое больше.

Первые полмили шел просто по земле — по сухой траве, вдоль проволочного забора, потом через полосу низкого кустарника. Уже оттуда парк начинал угадываться впереди: темные силуэты пальм, черная ломаная линия сгоревших трейлеров и редкие островки живой зелени, которых почему-то пощадил огонь. Запахом прошедшего пожара еще тянуло издалека — гарь, пластик, мокрый пепел и что-то сладковато-мертвое, въевшееся в землю. Я остановился, лег на землю и стал внимательно рассматривать в сильный бинокль поселок и его окрестности, отмечая лучшие места для наблюдения. Эти точки нужно будет обследовать в первую очередь.

Когда совсем стемнело, я осторожно двинулся к оврагу, который, по словам Педро, тянулся дугой от рощи почти до самого парка. Когда-то там, видимо, шел ручей. Сейчас воды было мало — узкая лента темной грязи среди камней и корней. Но овраг оставался отличной мертвой зоной. Из него можно было подбираться к парку, не торча на фоне неба.

ПНВ я надел не сразу. Сначала дал глазам привыкнуть к темноте, посидел минут пять, слушая ветер и дальний шум шоссе. Потом осторожно опустил прибор на глаза.