— Patrón… — осторожно подал голос один из тех, кто был с ним на холме. — ¿Qué hacemos? (Что будем делать?)
Игнасио поднял голову. Взгляд у него был тяжелый, но уже не растерянный.
— Nos vamos. (Мы уходим.)
— ¿A dónde? (Куда?)
— Lejos. Подальше от этого дерьма. — Он встал. — Слушай меня внимательно. Собери все, что у нас есть. Наличку. Всю. Золото, что я прятал. И… — он на секунду задумался. — Еще забери весь товар. На продажу. Хватит, чтобы начать где-нибудь в другом месте.
— Patrón, pero si nos encuentran… (Босс, но если нас найдут…)
— Не найдут. — Игнасио усмехнулся одними уголками губ. — Синалоа получит, что хотели. Они пришли за товаром, они его ищут. Им не нужен я. Пока.
Он подошел к столу, взял рацию, покрутил в руках и бросил обратно. Бесполезная вещь. Если картель начнет его искать, никакая рация не спасет. «Сколько у нас времени?» —спросил он у самого себя. Ответа не было. Может, день. Может, два. А может, его уже ждут на выезде из города. Но ждать и гадать — не его метод.
— Собирай все, что нужно. Через час выезжаем.
— ¿Hacia dónde, patrón? (В какую сторону, босс?)
Игнасио посмотрел на карту. Не на Лос-Анджелес, не на границу. Туда, где его не будут искать.
— На юг. Сначала в Сан-Диего, потом в Мексику. Но не в Синалоа. Никогда больше в Синалоа. В Гвадалахару. Там у меня есть знакомые. Заплатим, пересидим. А там… — он пожал плечами. — Там будет видно.
Он вышел из комнаты, прошел мимо своих людей, которые косились на него с тревогой. Не глядя на них, бросил:
— Я уезжаю по делам. Старшим, пока меня нет, будет Поко.
— Да шеф, — кивнул седой мужчина и его глаза блеснули из под густых бровей.
— Пока вы тут без меня лягте на дно. Не отсвечивайте. Никаких стрельб, никаких разборок. Ждать. Деньги с точек собирайте по-прежнему, но никуда больше не лезьте. — продолжил Игнасио, и добавил с глухой угрозой— смотрите мне, если что не так, вернусь и за все спрошу…
Через час старый пикап, за рулем которого сидел его водитель, вырулил со двора. На заднем сиденье, между коробками, лежали деньги, золото и пол килограмма колумбийского кокаина. Игнасио сидел впереди, смотрел в зеркало заднего вида, пока склад не скрылся из виду, и только тогда позволил себе выдохнуть.
Он еще вернется. Или нет. Как сложится… Но главное, сегодня он остался жив. А для человека, который полез в чужую игру, это уже победа.
— Vámonos, Y rápido. (Поехали. И быстро.)— сказал он водителю.
Пикап нырнул в утренний свет, растворяясь в потоке машин. Игнасио не оборачивался. Он смотрел только вперед.
Глава 14
Тьма стояла такая, что даже очертания ближайших кустов приходилось угадывать, а не видеть. Я осторожно вел пикап по накатанной грунтовке, фары не включал. Двигатель пикапа работал на самых низких оборотах, рычал глухо, почти по-звериному, но в этой глуши любой звук разносился далеко. Педро сидел рядом, напряженно вглядываясь в темноту и время от времени негромко подсказывал: