Я откинулся на спинку стула. Завтра едем парк. Думаю, там обязательно должны быть наблюдатели от ФБР или ЦРУ. Не могли они оставить подобное место без наблюдения. Посмотрим, как завтра сработает моя маскировка. Не буду смывать ее на ночь. Утром, перед выездом обновлю немного, а пока выпью противоалергенное, чтобы не обсыпало.

Педро положил пистолет под подушку и лег, укрывшись одеялом и отвернувшись к стене, но я знал, что он не спит. Аугусто достал сигарету, но так и не закурил. Он так и сидел с ней в пальцах застыв в раздумьях. Предстоящая ночь обещала быть длинной.

* * *

Энск встретил Вику холодным промозглым ветром и мелким, противным дождем. Она подъехала к дому где жил Юра на такси и расплатившись с водителем, дождалась пока тот достанет из багажника ее сумку с вещами. Девушка зябко куталась в легкое весеннее пальто, жалея, что не взяла с собой зонт. Погода здесь оказалась холодней чем в Москве, несмотря на то, что уже была середина мая.

Закончив с водителем Вика, подхватив сумку, быстро вошла в подъезд и буквально взлетев по ступенькам замерла перед дверью. Сердце отчаянно колотилось. Она не видела Валентину Сергеевну с того самого дня, когда сообщила ей, что Юра жив. Вдруг Юра уже как то связался с матерью, или даже уже был дома. Шансов на это было не много, но вдруг…

Дверь открылась после второго звонка. Валентина Сергеевна выглядела… иначе. Не той сгорбленной, убитой горем женщиной, которую Вика помнила по своему прошлому приезду. Морщинки у глаз никуда не делись, седины даже прибавилось, но глаза теперь горели живым, теплым светом. Она сразу узнала гостью.

— Вика! Доченька! — Мать всплеснула руками и тут же шагнула вперед, обнимая девушку. — Заходи, заходи в дом скорей! Промокла вся, насквозь! Ох ты, господи…

Она засуетилась, помогая Вике снять пальто, повесила его на плечики в прихожей, подала мягкие войлочные тапки.

— Проходи на кухню, я как раз только что чайник поставила. Сейчас согреешься. Я и пирожков с капустой с утра напекла, Юрочка их очень любит… — она осеклась на мгновение, но быстро справилась с собой. — Ты с дороги, голодная небось?

Вика улыбнулась, чувствуя, как отступает внутреннее напряжение.

— Спасибо, Валентина Сергеевна. Пирожки с капустой это замечательно. Я их тоже очень люблю.

Кухня была маленькой, но чистой и уютной. На подоконнике цветы в горшочках, на столе свежая скатерть в клетку. От чайника поднимался пар. Вика села на табуретку, наблюдая, как мать Юры хлопочет, доставая из буфета чашки, сахарницу, вазочку с вареньем.

— Вы простите, что без предупреждения, — начала Вика, грея руки о горячую кружку. — Жаль у вас нет телефона, а то я бы позвонила заранее. А телеграмму давать как-то неудобно было…