Каренина подбросило на сиденье, словно ему в задницу заехали небольшим электрическим разрядом. Хорошо, что кабриолет, а то головой крышу запросто мог продырявить.

Мы несколько секунд смотрели друг на друга, примерно так, как в тот момент, когда я ему сообщила, что являюсь агентом британской разведки: глаза в глаза.

Не знаю, о чём он подумал, но до меня внезапно дошло: этот парень такой же, как я в прошлой жизни. Нет у него ни жены, ни детей. Перекати-поле. И со мной с удовольствием бы развлёкся, тем более я на это конкретно намекнула, но в силу моего возраста у него даже помыслов таких не было и не могло быть. Он, в отличие от многих парней, думал не головой котика.

Именно тот, кто мне нужен!

А не какой-то сын партийно-комсомольского работника.

— Даже не вздумай, — проговорил он, не отрывая своего взгляда и догадавшись о моих намерениях.

Ага, вот сейчас отпущу его вместе с этими глазами и кубиками. Или он меня вообще за дуру держит? Чтобы, пока я десятый класс заканчивала, его окрутила какая-нибудь вертихвостка? А у меня вполне серьёзные намерения. Осталось только вбить ему в голову, что это не у меня они, а у него.

Но чтобы не торопить события, замерла, а то уже оторвалась спиной от дверцы и приготовилась атаковать губы Каренина повторно. Ничего зазорного. Просто поцелуй.

Но, по ходу, он и на него не был готов, как мальчик Петенька зарделся, но и я сдавать занятые позиции не собиралась.

— Ладно, давай договариваться, — я снова, облокотившись на дверцу, приняла расслабленную позу.

И рассмеялась, увидев, как у Каренина вытянулось лицо.

— В смысле, договариваться? О чём?

— Ну, — я постаралась сделать серьёзное выражение, хотя и сомневалась, что получилось, — рассказываю тебе всё, что хочешь знать, — покрутила извилинами, соображая, что всё точно не расскажу, — а потом у нас два, — подумала пару секунд и исправила, — нет, три поцелуя. Не чмоки-чмоки и без пинков, а то я себе рёбра едва не сломала о дверцу, когда ты меня оттолкнул.

Каренин покряхтел, как старый дед, и около минуты собирался с мыслями.

— Ева, — наконец выдавил он из себя, — давай говорить откровенно. Ты очень красивая девушка. Да, ты мне понравилась с первого взгляда, едва увидел на обрыве. И ты вообще такая, что в тебя невозможно не влюбиться, но, — он поднял руку, заметив, что я подалась вперёд.

Ну а что? В любви уже признался, осталось закрепить наше дружественное соглашение крепким поцелуем. А с другой стороны — врал бессовестно. Если бы я агентом не представилась, сдал бы меня ментам без разговоров. И встретил меня как законченную преступницу, у которой за спиной лет двадцать на нарах.