— Позвольте сделать вам подарок.

Старик склонился под прилавок, повозился там и, выпрямившись, выложил на стеклянную витрину кожаную ладанку на прочном шнуре. Под клапаном оказалось шесть гнёзд, одно в центре и пять вокруг. Каждое из них затягивается шёлковой тесёмкой. При этом амулет кладётся в отдельный мешочек, но через вырез касается «Зарядника», находящегося в центре.

Топазовое сердечко я попросил не отдельным камешком, а в простом золотом колечке. Его я надел на безымянный палец правой руки и развернул камнем к ладони. В глаза не бросается. А если кто и приметит на улице или ещё где, сочтёт обручальным кольцом. Прятать «Лекаря» на груди попросту глупо. У него специфика такая, что нужно прикладывать к голове. И лучше бы иметь этот амулет под рукой.

В свободное же гнездо я пристроил двухкаратный «Кошачий глаз». Этого хватит с лихвой. Ему всего-то обеспечивать ночное зрение. Получился удобный и практичный набор с постоянной подзарядкой…

Борис Аркадьевич взглянул в окно своего кабинета, выходившего на сад. У клумбы с цветами в тени раскидистого клёна, подбоченившись, стояла его невестка, жена старшего сына. Шестого ребёнка после целого ряда дочерей. Но Ирина из рода Демидовых просто умница. Сразу одарила деда внуком, а мужа сыном. Только так. С очерёдностью никакой путаницы. Именно глава рода переживал по этому поводу больше всех.

Вон какой сорванец получился! Носится вокруг матери, играет в догонялки с лохматым псом с Кавказского архипелага. Поговаривают, что они свирепы, необучаемы и непредсказуемы. Но это не совсем так. Ну или совсем не так. Что касается принеси-подай, отойди не мешай, это не к ним. А вот что до верности, это уже совсем другое дело.

Кавказские пастухи не боятся оставлять на них отары овец на несколько дней. Когда же возвращаются после длительного отсутствия, их встречают исхудавшие и радостные псы, сберёгшие хозяйское добро и, несмотря на голод, не покусившиеся на охраняемую живность.

Аркадий вновь обежал мать, схватившись за её юбку. Пёс припал на передние лапы и игриво гавкнул. Два года обалдую. Ровесник своего хозяина. Ирина даже уши зажала. Это князю не слышно. А ей очень даже. Сынишка же, заливаясь хохотом, побежал прочь, споткнулся и упал. Кавказец тут же оказался рядом, подхватил его за шиворот и одним рывком поставил на ноги. Обнюхал, лизнул в лицо. Мальчишка замахал руками и опять бросился наутёк.

Кстати, сына Руслан назвал в честь своего деда, которого любил особенно. Ещё бы. Дед ради него был готов душу продать. Хотя и требовал от сына, Бориса Аркадьевича, чтобы тот ему не потакал. Он ведь для деда игрушка, любовь и отрада. А для родителя ответственность и наследник. Как же он его теперь понимал. Потому что пришло и его время, когда он не может нарадоваться на внука.