— Мы сейчас отрабатываем этот вариант. Но, признаться, меня не отпускает ощущение, что это сам княжич.

Демидов отпил немного коньяку и, подойдя к рабочему столу, позвонил в колокольчик. На зов тут же явился секретарь. Ещё бы он спал, когда его господин бодрствует.

— Брилёва ко мне.

— Слушаюсь, князь, — обозначил поклон секретарь и вышел из кабинета.

— Продолжай, — приказал князь, вновь делая глоток.

— Злоумышленник тайком проник в комнаты княжича и какое-то время находился там. Он забрал все амулеты и драгоценности, принадлежавшие Григорию Фёдоровичу. А так же остававшиеся наличные из его ежемесячного содержания. Пропали два костюма, которые тот использовал для ночных вылазок в город. Армейский ранец и плащ-накидка. Из оружия неизвестный забрал двадцать четыре «Пробоя», двустволку и все пулевые патроны к ней. И оставил в комнате…

— Он ещё что-то и оставил? — перебив Ковалёва, удивился Демидов.

— Так точно, князь.

— И что же это?

— Окровавленная и перепачканная одежда княжича.

— Та-а-ак. Оч-чень интересно, — допив залпом коньяк, с нескрываемой злостью произнёс Александр Иванович.

В этот момент в дверь вошёл целитель и слегка поклонился.

— Доброй ночи, князь.

— А она добрая? — вздёрнул тот бровь. И уже к начальнику стражи: — Продолжай.

— После этого неизвестный попытался скрыться так же тихо, как и проник в усадьбу. Однако когда спускался с балкона с помощью «Листа», слишком сильно оттолкнулся и выскользнул из тени. В этот момент был обнаружен, и по нему открыли огонь. Во время бегства он убил шестерых и двоих смертельно ранил, которых удалось поднять с помощью «Лекарей». Суммируя сказанное, у меня складывается такое впечатление, что всё это проделал сам княжич. И не укладываются в это только три момента. Первый, он совершенно глупо себя обнаружил, словно не имел достаточной практики использования «Листа». Второй, с помощью трубы из бумаги для рисования и полотенца он сумел заглушить выстрелы «бульдога». Я прежде ни с чем подобным не сталкивался. Хотя тут и ничего столь уж сложного. Ну и третий, вести прицельный огонь, упрятав короткоствольный револьвер в подобную конструкцию, весьма сложная задача. Злоумышленник же не допустил ни единого промаха.

— Никифор Авдеевич? — вопросительно произнёс Демидов.

— Княжич был мёртв, князь, — твёрдо произнёс целитель. — Дай мне «Лжекамень», и я повторю это хоть сотню раз.

— А может статься, что отлетевшая душа вернулась обратно в тело? — поинтересовался Ковалёв.

— За всю историю были известны только два таких случая, — пожал плечами целитель.