Лавочник приложил к «Заряднику» мой «Панцирь», подержал четыре секунды. В среднем камни поглощают по карату за секунду. И ещё такой момент: во время зарядки имей в виду, что лавочника не волнует, сколько в твоём камне оставалось заряда. Расчёт идёт от полной ёмкости камня. Закончив зарядку, он выложил мой амулет отдельно и приложил к нему свой перстень с александритом, который тут же сменил цвет на изумрудно-зелёный.

— Ваш амулет в полном порядке. Я могу его выкупить, — убирая футляр с «Зарядником», произнёс лавочник.

— Сколько? — поинтересовался я.

— За сам камень девятьсот шестьдесят рублей. Минус шестьдесят четыре рубля за зарядку. Ну и мой комплимент в четыре рубля. Итого я готов уплатить за него девятьсот рублей ровно.

— Он стоит минимум тысячу двести восемьдесят, — покачав головой, недовольно заметил я.

— Совершенно верно, молодой человек, я предлагаю три четверти от номинальной стоимости камня, — ничуть не стушевался хозяин лавки. — Но уверяю вас, в Пскове никто не даст цену выше. Впрочем, не буду настаивать. У вас есть шестьдесят четыре рубля, чтобы уплатить за влитую в амулет Силу?

— Да.

— Превосходно. В таком случае вы можете заплатить за оказанную услугу, а затем пройтись по другим лавкам. Их в Пскове ещё девять. Если найдёте скупщика дороже, я готов буду взять ваш камень за указанную вами сумму.

— В чём подвох?

— Молодой человек, мы же не простые перекупщики. Ежегодное продление лицензии, сборы купеческой гильдии, налог с оборота. Жалованье персоналу. И весьма щедрое жалованье, должен вам сказать. Укрыть же прибыль попросту нереально. Великокняжеские тиуны не стесняются использовать «Лжекамень». Я, в отличие от остальных, беру своё с оборота. Во-первых, удачное расположение лавки. Во-вторых, тесное сотрудничество с царским банком, кредитующим моих клиентов куда охотней, чем у конкурентов.

— И зачем вы мне всё это рассказываете, уважаемый? — удивился я.

— Просто давно живу, молодой человек. И что-то мне подсказывает, что это не последняя наша встреча. А к чему обманывать потенциально постоянного клиента. Не спрашивайте, отчего такая уверенность. Считайте купеческим чутьём.

— От предчувствий отмахиваться нельзя, — соглашаясь, я подвинул в сторону лавочника камень и добавил: — Девятьсот рублей.

Тот удовлетворённо кивнул и отсчитал мне девять «софиек». Сторублёвых банкнот с изображением Софии Дука, супруги первого русского царя Ивана Четвёртого. Женитьба на представительнице императорского рода, по сути, поставила его в один ряд с ними. И в то же время способствовала сохранению влияния империи на Руси…