— Что так? Чем вундеркинд сейчас занят, книжку пишут? — хмыкнул начальник Девятки, но, поперхнувшись дымом, закашлялся.

— Книжку тоже пишет. Но дело не в ней. У него в начале июня в Мадриде Чемпионат Мира по самбо. Он уверен, что если не чемпионом, то призёром точно станет. Потом через месяц, тоже в Испании, Чемпионат Европы. И думает, что возможно даже может попасть на Олимпийские игры по дзюдо.

— Во как. Молодец. И как ему служба будет мешать, пусть тренируется. За Динамо пусть выступает.

— Он боится, что с этими хлопотами по трудоустройству форму потеряет.

— Ага? Третьяку вот пребывание в ЦСКА не мешает быть лучшим вратарём Мира. Нет. Давай-ка, вызывай его сюда, я сам с ним переговорю.

Событие сорок второе

Если вы не будете ходить на похороны других людей, они не придут на ваши.

Кларенс Дей

— Костя, — дядя Волеслав (он же Вольф Николаевич Седых — директор издательства «Прогресс» и ранее заведующий сектором развитых капиталистических стран Отдела международной информации ЦК КПСС) был в строгом костюме тройке чёрного цвета, с колодками медалей или орденов на правой стороне пиджака, — Я уезжаю сейчас, у тебя что-то важное?

— Принёс книгу, что вы давали с заметками и исправлениями.

— Хорошо. Положи на стол… Устно есть замечания? Как общее впечатление? — дядя Волеслав встал перед зеркалом и пятернёй оправил седеющие волосы.

— Если честно, то так себе. Не шедевр. На важную встречу собираетесь? — Квасин достал из портфеля папку с листами рукописи, точнее, машинописи и положил на угол стола.

— На похороны. Ты не знаешь… У… Внук Аркадия Гайдара на машине разбился. Насмерть. Я с Тимуром, отцом его хорошо знаком. Он в «Правде» военный отдел возглавляет. Вместе часто перед школьниками выступаем. Хороший был парень у него. Кандидатскую диссертацию недавно защитил. По экономике, что-то модное про хозрасчёт. Название, как и у всего научного запутанное.(«Оценочные показатели в механизме хозяйственного расчёта производственных объединений (предприятий)» ).

— Так быстро⁈

— Что? Чего говоришь? — повернулся к Костику Седых.

Тот и не заметил, как вслух это произнёс. Не привык людей убивать. Не совсем вслух, шёпотом.

— Говорю, быстро ехал? Я же знаю его, и недели не прошло, как мы с Дементьевым к ним на дачу ездили. Я с Егором там и познакомился.

— Вот как? Собирайся тогда, со мной поедешь. В машине и поговорим. Опаздываем уже. Прощание на три часа назначено во Всесоюзный НИИ системных исследований (ВНИИСИ). Опаздывать некрасиво.

Владимир Ильич критически себя осмотрел. Мысленно. Наверное, не так страшно. Он был в джинсах, конечно. Но ботинки были чёрные, а под курткой вполне себе чёрный пиджак, и он надет на чёрную водолазку. Не совсем может подходящая одежда для похорон, но и не фривольная рубаха с пальмами. Джинсы сейчас — показатель статусности. Многие будут в них. Где ещё пофорсить, как не на похоронах, там куча золотой молодёжи будет?