— Вполне вероятно, но с чего ему так поступать? — удивился Святодубов. — Разве у вас есть чем заинтересовать его магичество? Это же… я даже не знаю… Даже великие князья, прямые родственники царя, пониже достоинством будут. Разве что Патриарх равен, и то вопрос спорный.

— Скажем так: во мне они могут быть куда больше заинтересованы. Вопрос только, сумею ли я сторговаться так, чтобы после сдачи экзамена не приносить присягу, — задумчиво проговорил я. — Нужен весомый повод для такого. Или достижение.

— Вы сдадите экзамены? Сейчас? — ещё больше удивился юрист. — А… разве вы не хотели держаться в тени?

— После того как мы отразили нападение осман, это уже нереально. Так я ещё и влез по самые уши в строительство укреплений. Благодаря чему уверен в сдаче экзамена, — ответил я, решив не упоминать степень, на которую претендую.

— Но можно же поступить иначе. Вы можете усыновить Фёдора Ивановича, документы я предоставлю и быстро подам в канцелярию. А после прохождения комиссии вы просто покажете, что у вас в роду есть маг, со всеми вытекающими, — нашёлся Святодубов, впервые за беседу улыбнувшись. — Это же гарантированное решение!

— Хм, в принципе может и сработать. Повторюсь: мне важно, чтобы я не становился наследником, не давал присягу или клятву верности. В остальном никаких сложностей нет. Но на всякий случай попробуйте завернуть её заявление. Возможно, стоит просто поговорить с Софьей, но мне, кажется, если давить, она, наоборот, уверится в своей правоте и будет упорствовать сильнее. Есть в старом доме то, что может быть ей дорого?

— От него ведь ничего толком не осталось после повторной осады, — заметила Милослава, и я поморщился, признавая её правоту. Так-то и в самом деле село превратилось в крепость с детинцем. Можно, конечно, всё сровнять с землёй, но воспоминания никуда не денутся.

В этом доме умерла её мама, убили её отца, а всё, что ей было привычно, превратили в чудовищную крепость, в которой прошла бойня. Вряд ли подростку, особенно такому своенравному, захочется возвращаться в такое место.

— Ладно, займитесь. А я отсыпаться. Неделю глаз не сомкнул, — сказал я, поднимаясь, и на попытку Милославы пойти следом лишь покачал головой — я и в самом деле вымотался до предела.

Сон принял меня в свои объятья, стоило голове коснуться подушки. Чернота окутала со всех сторон, и я уже было решил, что сегодня обойдётся без кошмаров.

Взрыв прогремел прямо перед моим носом. Каменная крошка засыпала легионерскую форму, а ударная волна так надавила на уши, что в них пронзительно зазвенело.