— Юто-кун ездил подтверждать помолвку, а мы ему помогали. — Вставила Сидзука прежде, чем нэкохимэ успела произнести хоть звук. Если до этого весь класс, едва сенсей вошла в двери, оперативно расползся по стульям и постарался притвориться ветошью, рискуя переговариваться только тихим шёпотом, то сейчас упала просто могильная тишина.
— Эм, Амакава, поздравляю. — Первой пришла в себя сенсей. — А… тебе не рано?
— Договорённость между родственниками, мне было шесть, когда брачный договор заключили. — Развел руками я.
— Вот как. — Женщина тему родителей и родственников вообще поднимать не стала, помня то, что я уже давно сирота. — А… Ноихару и Микуни что, действительно нужно было отвлекать от учёбы?
— Они мне помогали, эм, выполнить условия договора. — Обтекаемо описал я результат спасательной операции, благодаря которому подтверждение статуса клана прошло так просто и быстро. И проникновенно добавил:
— Без них у меня и у моей наречённой ничего не получилось бы!
— Так, подробности, пожалуй, оставьте при себе. — Сенсей внезапно отвернулась к доске, я едва успел заметить лёгкий румянец на щеках. Что это она себе такое напредставляла⁈ Оглянувшись, я убедился, что «напредставляла» не только математичка — большая часть девочек класса стреляла на меня глазами из-под скромно опущенных чёлок и мило краснела. А вот парни разве что не сочились чёрным дымком… от зависти! Кроме откровенно ржущего Тайзо, олимпийское спокойствие которого, видимо, объяснялось тем, что Хироэ уже дважды «спалила» парня, гуляющего с её семпаем по клубу журналистики, Мидори. Да-да, той самой Мидори,[29] которую уже на телевидение приглашали! Развитый не по годам у нас Масаки, со среднеклассницей встречается!
— Так, ладно. Отвлеклись — и будет. — Вместе со звонком сенсей выкинула из головы посторонние мысли. И, видимо, для большей верности добавила:
— Советую собраться с мыслями и напрячься — мы сейчас повторяем экзаменационный материал!
Тихие стоны с мест были ей ответом.
* * *
— Я — сдам. Я — сдам. Я всё выучу — и прекрасно сдам! — Кузаки повторяла эту фразу своему о-бенто раз, наверное, десять на разные лады — будто онигири, «заклятые» подобным образом, добавят ей «сдавательной способности».
— Прекрати уже, знаешь ли. И не порть мой великолепный обед своими переживаниями!
— До экзаменов остался всего месяц! Конечно я нервничаю! — Возмутилась Ринко. — Ведь это мои первые выпускные экзамены в жизни!
— Ты ещё попроси тест «быть с тобой нежным», вдруг послушается? — Химари демонстративно смотрела в сторону… и морщилась, потирая живот: от фантомных «приятных ощущений» слабости источника не помогала ни еда, ни учёба.