Чёрт… Хреново, что они бодрствуют по очереди. То Дятлов сидел, строчил, теперь вон, Дорошенко кружит, аки ворон, Зину сторожит. Причём, я вот уверен, ему она раньше не особо была нужна. Судя по всему, Юрик девчонке нравился гораздо больше, чем девчонка Юрику. Сейчас просто молодой кобелёк метит территорию.

— Ну, и чёрт с вами, — я сплюнул в снег, а потом подвинулся к зданию вокзала.

На улице реально холодно, дурацкий шаман опять испарился, я накурился до такой степени, что никотин из ушей льётся. Надо вздремнуть немного. А там, глядишь, и студенты опять уснут.

Однако едва потянул створку двери на себя, она резко распахнулась, и я нос к носу столкнулся… с шаманом⁈

— Должок за тобой… — проскрипел он насмешливым голосом прямо мне в лицо.

— Да чтоб тебя! — рявкнул я и схватил его за грудки.

— Эй! Замирякин! Совсем, что ли⁈ Говорю, должок за тобой. Пойдем ка поговорим.

Я моргнул несколько раз, а потом разжал руки. Просто вместо шамана передо мной стоял сильно удивлённый Дорошенко. Видимо, пацан решил вернуться, чтоб разобраться по-мужски, а я… А я, млять, уже кукухой поехал с этим шаманом. Уже на людей кидаюсь без разбора.

— Да пошёл ты… — я оттолкнул Юрика с дороги и протопал к своему рюкзаку.

Хотелось просто сесть или лечь, по фигу, просто отключиться. Задолбало всё!

В мистику раньше никогда не верил. Все эти призраки, привидения и прочая лабуда не по моей части. Материалист я махровый.

Но сейчас случившееся ни хрена не мистика, печёнкой чую, несмотря на путешествие в прошлое. Тут что-то другое. Я ведь не в сказочном мире очнулся. Это — настоящий Советский Союз. Опять же, дядька мой тоже настоящий. И дятловцы настоящие. Нет мистики. Нету и точка!

Ещё шаман этот. Глюки? Я в очередной раз вынул пачку из кармана, достал сигарету, понюхал её. Да нет, табак как табак. Тьфу, блин! Совсем умом уже тронулся. Откуда здесь что-то другое возьмётся. Нет. Не глюки.

Я завозился, усаживаясь поудобнее, но уже в следующую секунду вскочил на ноги, таращась в пустоту.

Обещание умирающему! Я вспомнил, кому и что обещал перед смертью. Не своей, понятное дело.

Дядька Слава, когда уже стало понятно, что не выкарабкается, стребовал с меня слово. И я его дал. Поклялся продолжить дело его жизни и докопаться до правды. Обещал выяснить, что на самом деле случилось с группой Дятлова.

Сука… Я же реально слово дал, а после смерти дядьки благополучно про него забыл. Честно говоря, не очень-то мне хотелось лезть в глаза знакомым чекистам из-за такой глупости. Сгорит услуга, а когда мне понадобится решать что-то серьёзное, суровые товарищи скупо улыбнуться и скажут: «А всё, Александр, профукал ты свой шанс».