Но когда Нобунага узнал о причине волнений, тревога уступила место любопытству. Ему сообщили, что толпа собралась из-за трех человек, недавно прибывших с острова Кюсю. Два иезуита – итальянский визитатор[22] миссий в Индиях Алессандро Валиньяно и португальский священник и переводчик Луиш Фройш – все еще были в диковинку для японцев из-за бород и черных одеяний, но многим горожанам уже случалось встречать этих европейцев. Жители Киото пришли посмотреть на третьего человека, невиданного ранее, – первого африканца в истории Японии.

Этот молодой чужеземец, появление которого в 1581 году в Киото вызвало такой фурор, вероятно, познакомился с Валиньяно в Мозамбике несколькими годами ранее. Португальцы уже начали колонизировать этот участок побережья Восточной Африки, и Валиньяно побывал там в ходе инспекционной поездки по иезуитским миссиям в Африке, Индии и Японии. В августе 1579 года они вдвоем прибыли в Японию, где встретились с Фройшем, ведущим европейским знатоком японского языка. Причины путешествия африканца через Азию в Японию остаются неизвестными. Он мог быть рабом, которого Валиньяно купил в Мозамбике; возможно, его подарили иезуиту, а может быть, наняли в качестве слуги или помощника. Первые два года его пребывания в Японии также окутаны тайной. Должно быть, он жил с Валиньяно и Фройшем в Нагасаки на острове Кюсю: через этот город в Японию попадали европейские торговцы и сами иезуиты. Однако в исторических хрониках африканец упомянут только в тот момент, когда трое иноземцев появились в Киото в 1581 году.

После первой высадки португальцев в 1543 году в японском искусстве появился жанр намбан – изображение европейцев, в частности сюжет с прибытием европейских купцов и миссионеров. В таких сценах часто фигурируют и африканцы.

(Метрополитен-музей, Нью-Йорк; коллекция Мэри Григгз Бёрк, дар фонда Мэри и Джексона Бёрк, 2015)

Валиньяно и Фройш отправились в столицу в надежде получить разрешение Нобунаги на продолжение своей проповеднической деятельности. Если они рассчитывали привлечь внимание даймё, то решение взять с собой африканца оказалось идеальным. Тем не менее иезуитов, похоже, потрясла толпа, окружившая их с момента, как они появились в городе. Мужчина ростом 6 футов 2 дюйма[23] возвышался и над европейцами, и над местными жителями. Такой рост в сочетании с цветом кожи выдавал в нем чужеземца и вызывал восхищенное любопытство горожан. Постоянное внимание и навязчивый интерес к его телу, без сомнения, тяготили африканца, но избежать этого было невозможно. Зеваки следовали за иностранцами до Нанбан-дзи, в котором те укрылись, однако убежище оказалось ненадежным: стены дрожали, потолок скрипел, одержимость толпы нарастала – жажда увидеть черного человека была настолько сильна, что японцы выломали дверь и ворвались в Нанбан-дзи, устроив потасовку. Иноземцев спасло лишь своевременное прибытие солдат Нобунаги, которые прогнали из храма зевак и передали гостям сообщение от даймё. Нобунага хотел лично увидеть человека, который вызвал такой переполох в его городе.