И… нынешняя медицина же лучше работает, чем алхимия и фармакология? Хоть какой-то просвет же должен быть, верно? А то не хочется мне верить, что человечество дожило до текущего момента не благодаря своему развитию, а вопреки…

Хотя… В наше время Шестой тоже говорил, что «Если больной хочет жить, то медицина здесь бессильна».

Ладно, в любом случае сбор бумаг лишним не будет точно. Хотя бы делом займется волнующаяся мать. А то ведь когда просто сидишь и ждешь чуда — можешь и с ума сойти от ожидания.

— Понял! — радостно выкрикнул Петрович, отвлекая меня от досужих мыслей, — Спасибо, Антон Игоревич!

— Не за что пока. Давай-ка, садись. Твоя очередь.

Старик послушно плюхнулся на стул. Я положил ладонь ему на плечо и влил порцию Силы. Каналы Петровича уже привыкли к регулярным процедурам и принимали энергию легче, Дар укрепления плоти охотно отозвался на мою энергию.

— Ох… — блаженно выдохнул старик. — С каждым разом всё лучше. Колено левое вообще перестало ныть!

— Двигайся больше, — велел я, убирая руку. — Энергия без движения застаивается. В следующий раз буду всех будить на зарядку.

Зазвонил мой мобильный телефон.

— Антон Игоревич? — голос Браунштейна прозвучал с некоторой осторожностью. — Не разбудил?

— Нет, Виктор Валерьевич. Зарядку делал.

— Рад, что дома, — тепло произнес он.

Я невольно вспомнил, как вчера он дважды подчеркнул «до утра», отправляя машину к баронессе.

— С чего бы такая радость от женатого человека? — поинтересовался я с легкой усмешкой. — Это я про то, что не остался до утра у Ольги Аркадьевны.

— Нет-нет, не поймите превратно! — замялся он. — На Ольгу Аркадьевну я видов не имею, боже упаси! У меня прекрасная жена, и я счастлив в браке! Просто… рад, что вы достойный человек.

— Я тоже рад этому. Но все-таки, Виктор Валерьевич, неужели по-вашему Ольга Аркадьевна часто приглашает мужчин на ужин, плавно перетекающий в завтрак?

— Нет! — резко ответил он. — Всё как раз наоборот. Она порядочная женщина! Просто… — Браунштейн тяжело вздохнул. — С вашего позволения, я бы не хотел обсуждать личную жизнь своих друзей и клиентов. Даже с другом и клиентом.

— Не буду вас пытать, — усмехнулся я.

— И за это вам огромное спасибо, — он помолчал, а потом произнес: — Про Ольгу Аркадьевну хочу сказать лишь одно. Видимо, вчера я поторопился с выводами, за что мне очень стыдно.

— Забудьте, Виктор Валерьевич, — сказал я. — Лучше расскажите, как дела с документами.

— Вот об этом-то я и хотел поговорить, — Он мгновенно переключился на деловой тон и предложил вместе позавтракать, чтобы обсудить этот вопрос.