И растёт в размерах…
— Что за?.. — начал было Жердь.
Но договорить он не успел.
Поток пламени ослепительно вспыхнул прямо над ними, обдав жаром. Жердь инстинктивно прикрыл глаза рукой и тут же услышал, как Бык выругался, отчаянно выворачивая руль.
Последнее, что он увидел, была огненная птица, спикировавшая на колонну сквозь пламя и оставляющая за собой шлейф расплавленного воздуха. Её глаза горели янтарным огнём…
И в них не было ни капли жалости.
* * *
Рух сделал ещё один круг над догорающими остовами машин. Энергия внутри наконец-то улеглась и перестала рваться наружу. Три машины превратились в оплавленные груды металла.
Я не видел деталей — лишь чувствовал это благодаря нашей с Рухом связи.
— Они ехали к тебе, Первый, — передал он мысленно. — С оружием и злыми намерениями. Я это почувствовал.
Я тоже это чувствовал. Ещё несколько минут назад, когда увидел порыв Руха, во мне откликнулись вибрации Структуры, а вслед за ней пришёл запах гари и пепла. Нынче Рух ещё совсем юнец, но в столь фундаментальных вопросах он не ошибается.
Судя по всему, как и предполагал Свят, подкрепление Залесских не заставило себя долго ждать. И, судя по взрывам, отголоски которых донеслись даже до Чёртовой Лапы, ехали отнюдь не с пустыми руками.
— Возвращайся, Рух, — сказал я мыслеголосом. — Пар выпустил, пора и поесть нормально.
Глава 13
Утренний телефонный звонок вырвал меня из сна. Я открыл глаза и несколько секунд смотрел на потолок проклятого дома, собираясь с мыслями.
Телефон продолжал надрываться. Я нашарил его в кармане куртки, которую использовал вместо подушки, и взглянул на экран. Незнакомый номер.
— Слушаю, — сказал я хриплым со сна голосом.
— Господин Северский? — На том конце говорил мужчина с небольшим акцентом. Голос был какой-то резкий и напряжённый, но слегка смазанный. — С вами говорит представитель его светлости герцога Алвареса-Потехина.
Я сел, опершись спиной о стену.
— Слушаю вас.
— Вам уже звонили из военторга по поводу машины. Вы отказались её вернуть. Это было… неразумно.
— Машина куплена законно.
— Законность, — злобно усмехнулся мужчина, — понятие растяжимое. Его светлость желает получить этот конкретный экземпляр. И он его получит. Вопрос лишь в том, добровольно вы его отдадите или…
— Или?
— Или пожалеете. Вы не понимаете, с кем связались, Северский. Герцог Алварес-Потехин не из тех людей, кому отказывают. А мелкому дворянину тем более не стоит огорчать такую выдающуюся личность.
— Благодарю за предупреждение, — равнодушно ответил я. — Машину не отдам. Всего доброго.
— Ты пожалеешь об этом! — рявкнул он и бросил трубку.