— Я держу слово, — спокойно ответил я.
Она посмотрела мне в глаза долгим взглядом, кивнула и осторожно сказала:
— Ну вы это… Не забывайте Дуняшу. Хоть раз придите, покажите, какое чудо расти будет. Я ведь всё равно волноваться буду…
— Навещу, — твёрдо сказал я. — Но позже.
Она отвернулась к переноске с реликварием, не в силах надолго от него оторваться, и, разглядывая птенца, произнесла:
— Идите уже, господин Северский. А то передумаю ещё, старая дура. Но как тут передумаешь? Мой малышочек…
Я убрал шкатулку во внутренний карман. Даже сквозь её толстые стенки пробивалось тепло яйца.
Итак, ещё один важный этап по подготовке к воскрешению Руха пройден. Пора переходить к кульминации…
Вот только Руна Ощущения говорит, что просто это не будет — на рынке вновь начинается какая-то суета.
Глава 4
Возвращаясь той же дорогой, я едва узнал место, где остались тела бандитов. Ближайшие лавки то ли поспешно закрылись, то ли их владельцы благоразумно решили исчезнуть на время. А возле тел уже толпились две группы — человек по двадцать в каждой. Между ними кипел яростный спор: голоса звучали всё громче, резкие фразы гремели одна за другой.
Во главе одной группы стоял здоровенный мужик со шрамами на лице, которого я уже видел здесь несколько дней назад. В руке он держал странную штуковину, похожую на короткий металлический прут. Он нервно то выдвигал его, то складывал. Я присмотрелся и уловил слабое мерцание энергетических узоров на его оружии. Судя по всему, это какая-то артефактная телескопическая дубинка.
— … Ты сейчас точно доиграешься, Игнат! — донеслось с противоположной стороны. — Вас ведь всех предупреждали!
Слова принадлежали главарю второй группы. Он выглядел не так внушительно, как Игнат: смуглый, слегка полноватый, в чёрной рубашке, нарочито заправленной в брюки так, словно специально хотел подчеркнуть упитанный живот. Однако внешность была обманчива: Дар его был неплохо развит. Правда, до мощи Игната ему всё же было далеко — Дар укрепления плоти у здоровяка очень мощный, я отметил это ещё в прошлый раз.
— А ты точно этого хочешь, Черный? — хмыкнул в ответ Игнат. — Тут тебе не Брагино. Больно много суетиться ты стал…
Ага, теперь ясно. Черный и его ухари — брагинские, значит Игнатовские — южные.
Бойцы обеих сторон готовы были в любой момент сорваться в бой. Я чувствовал всеобщее напряжение. Чувствовал, как энергия бурлит в телах главарей. И чувствовал страх обычных бойцов, которые понимали, что могут не пережить следующие несколько минут.
Кто-то из толпы заметил мое приближение. Какой-то местный невзрачный мужичок в засаленной куртке дернулся и шепнул что-то на ухо Игнату. Тот медленно повернул голову в мою сторону.