«Уволюсь, — в очередной раз подумала она. — Хватит терпеть этого психованного…»

Она до бела сжала пальцы от злости. А затем стиснула зубы, и плавно выдохнула.

«Нельзя!» — мысленно повторила девушка, и сердце сжалось. Ипотека за студию двадцать три квадратных метра не простит пропусков платежей. А мама? Ей так нужна поддержка… На рынке юристов хоть пруд пруди — и новичков, и опытных. А с рекомендацией от Лихштейна куда её возьмут? Разве что в похоронное бюро.

«И куда я пойду? — грустно думала она снова и снова. — Где вообще найду достойную работу по специальности, если уйду отсюда?»

Время от времени её посещали подобные мысли, но всякий раз они заводили в тупик.

— Контора нотариуса Лихштейна, — машинально ответила девушка, когда зазвонил телефон.

— Анастасия? — мужской голос звучал спокойно и уверенно. — Это Северский Антон Игоревич. Мы встречались у вашего работодателя, пили кофе…

— Да, я помню, — быстро произнесла она и улыбнулась краешком губ.

Ведь редко к Лихштейну приходят достойные люди. Обычно ведь подобное, как говорится, тянется к подобному.

— Слушаю вас, — произнесла она.

— У меня есть для вас предложение. Как вы смотрите на то, чтобы сменить место работы?

Она невольно оглянулась на дверь кабинета. Оттуда донеслось до боли знакомое омерзительное «ик!».

— Я… вся внимание.

— Виктор Валерьевич Браунштейн ищет помощницу. Возможно, вы о нём слышали.

Настя едва не выронила трубку. Браунштейн? Тот самый Браунштейн⁈

— Я… да, конечно, — судорожно закивала она. — слышала.

— Он уже устал проводить собеседования со всякими бездарями. Так что за вас я поручился и попросил взять на испытательный срок без всяких лишних разговоров. Так что если вы согласны, самое время…

— Я согласна! — закричала в трубку Настя.

Настя схватила ручку и лихорадочно записала адрес на обратной стороне какого-то подписанного акта.

— Спасибо, ваше благородие, — выдохнула она. — Адрес записала. Я приеду!

— Настя! — проревел из кабинета Лихштейн. — С кем ты там треплешься⁈ Мне нужны акты по Совушкиным. Живо сюда!

Северский услышал крик нотариуса, усмехнулся и отключился.

— Настя! — еще громче закричал Лихштейн. — Ты оглохла⁈

Она встала, одёрнула юбку и уверенной походкой вошла в его кабинет.

Лихштейн сидел за столом с покрасневшим лицом, волосы были взъерошены. Он напряжённо вчитывался в материалы, пытаясь разобраться в очередной сложной задаче. Между тем Настя, как и раньше, несла на себе почти всю работу по этому проекту. До нынешнего момента, разумеется.

— Ну⁈ — рыкнул он. — Что встала⁈ Кто звонил⁈

— Господин Северский, — спокойно ответила девушка.