Афарэх соглашается на состязание по правилам Мазиги.
Договор заключён в год 43 царствования Нимаатра, невредим, здрав, жив'.
— Анжесенамон! — заорал я нарушая субординацию. — Почему ты сказал второй порог? Граница проходит по крепости «Могуществен Ха-кау-Ра»!
Географический кретинизм — всё равно кретинизм.
Глава 12
Мазига пришёл в компании с двумя другими колдунами и двумя высокопоставленными воинами (судя по обилию золота на них), а мне компанию составили Анхесенамон, двое меченых и лекарь из храма Анукет.
В этот раз переводчика не взяли. Судя по всему, минимум один из вождей знал египетское наречие.
По крайней мере этот тип с рыбьими глазами, сумел прочитать договор, который я написал в двух экземплярах. Понятно, отчего он такой пучеглазый: слишком мозговитый. Незаурядный умище занял весь череп, в нём глазам места не нашлось. Вот и приладила их природа снаружи.
Он вписал несколько коротенько, но без ошибок: «Только колдуны», — имея ввиду, что никто из нубийцев больше не обязан покидать родные места.
Потом мы все, и участники договора, и свидетели, приложили пальцы, обмакнув их в чернила. Я предложил на выбор четыре цвета. Сам использовал зелёные, а предпочтения остальных разошлись, но никто не выбрал чёрный. Вышло весёленько.
Колдун сел на траву, скрестив ноги, и жестом пригласил меня сеть напротив.
— Расскажи правила.
Здоровяк рассмеялся:
— Нет никаких правил. Пей, и встретимся во сне. Сражение состоится там. Кто проснётся, тот и победитель, — он сделал глоток из деревянной чаши, сунул её мне под нос, а потом отпил примерно половину.
Протянул остатки мне.
Какой-то отвар из трав. Пахнет сеном, чуть горьковатый. На вкус оказался точно таким же, напомнил мне ромашковый чай. Или календулу… Эх, уже не помню, каков один напиток, а каков другой.
Я сделал два глотка — во мне массы раз в пять меньше, так что это справедливо.
Мазига только улыбнулся на это.
Хватило и двух глотков.
Глаза стали тяжёлыми, и я провалился в колдовской сон. Очень реалистичный.
Я оказался на утоптанной площади посреди африканской деревни где-то в джунглях. Дома-шалаши, со стенами из прутьев и крытые пальмовыми ветками, напоминали какой-то документальный фильм. Но тут не бегали люди в китайских футболках и шортах. Да тут в принципе никого не было. Пусто.
Я так подумал, но ошибся. Из хижин начали выходить люди в костяных масках. Не только мужчины, но и женщины.
Они собирались позади Мазиги, возвышавшимся надо всеми.
— Ха-ха-ха! Теперь я знаю твоё имя, Афарэх! — заорал колдун, дав понять, что он тоже может читать божественные знаки. — Сон — это мой мир. Я пригласил сюда друзей, и мы вместе отведаем твоего мяса!