— Я что, Дурак? — возмутился я.

— Знаком? — страдальчески сморщился собеседник.

— Угу, — страдальчески сморщился я.

— А зачем ты пришёл? Я думал — познакомиться-поговорить о твоей ноше.

— О ноше — интересно, — не стал спорить я. — Но на кой, извиняюсь, хрен, ты спёр моих партнёров?

— Чего? — вылупил на меня глаза собеседник.

— Эльфа и двергу, партнёров наших… — уже сомневаясь выдал я, под неуверенные кивки Ленки.

— Дверги — альвы Скандинавии? — произнёс Хонсюдзин, на что мы кивнули, а одна из его жён сделала согласный жест, поклацав по явно сетевому терминалу. — Не пёр я никаких двергов. Да и эльфов, — отрезал он. — Лирин со мной добровольно и…

— По любви, — выдала ушастая, согласно махая ухами.

— Ничего не понимаю, — признал я.

— Я — теперь тоже, — признал он. — Давай разбираться.

— Давай.

Стали разбираться, жёны эти многочисленные подключились. И выходила такая фигня: этот дохлый самурай нас… налюбил. То есть, умирал, ну и навешал лапши на ухи. У самурая нет цели, только путь. И путь назвиздить перед смертью, да уж.

— Видимо вассал этого, — сморщился Хонсюдзин, — придурка. В моё время такие и родиться-то не могли, — в сердцах отметил он.

— Ну да, сдохли бы во младенчестве, — хмыкнул я.

— Именно. А дракон…

— Червяк!

— Ну да, — хмыкнул он. — Один на Окинаве. И умер, вроде, недавно.

— Точно умер. Возвращается, муж мой, — подала голос сетевая жена.

— В общем — понятно, — хмыкнул он.

— Ну да, — признали мы с Ленкой хором, хмыкнув.

— А почему к Кащею с этим обратились? — заинтересовалась Зелёнка.

— А потому, Елена, что он — может меня убить, — развёл руками Хонсюдзин. — Совсем и окончательно. А у придурка в свите есть пророки…

— Этот меня тоже, — потыкал я в этого. — Довольно просто, как и я его. Ох, крутит небывальщина… — покачал я головой.

— Всегда крутила, — вздохнул Хонсюдзин. — В общем — сам понимаешь. Не Иван, — ржанул он.

— Да уж понимаю. Ну, хоть познакомились, и то неплохо.

— Неплохо. Но, раз уж ты тут… я тебе должен, Бессмертный.

— Эммм…

— Имя — это Ноша. Судья. Бессмертный. Царь. Это не слова.

— Царём — не хочу.

— А… а может, и вывернешься, — прищурился собеседник, колебля небывальщину. — А что за аспекты Имени ты принял?

— А я знаю, какие они были? — отпарировал я. — Ну интересно — это понятно.

— Это и без имени так. Интересно, — хором выдали мы.

Начали разбираться: ну Судья — это то, от чего не «откосить». Сама суть. Бессмертие — туда же. Мудрость… ну не знаю, я как-то дурак временами, хорошо, не Иван. Да и тот, кто был Кащеем… ну не дурак, но и не мудрила непогрешимый, факт. Хотя тут чёрт знает. И ряд стремлений: к равновесию, справедливости там, хотя прямо скажем — они просто нормальны для разумного. А не свинотраха или упыря какого.