— Называя кого-то «иноземным бесом», остроухий Хуяжа, будь готов к тому, что этот иноземец — и вправду бес, — растросился я, засияв прожекторами глаз.
— Я услышал тебя, — процедил ушастый.
Но задёргался, чувствовалось в небывальщине. А вообще — не хрен моему бессмертию хамить. И вокруг — точно свинотрахи, вопрос степени и участия свиномордых орков в этом занимательном процессе, да.
— Господин Хуяджа почтительно интересуется у благословенного, — оттёр душу от плевков секретарь, аж «повысив» меня с «почтенного», — с какой целью он прибыл к стенам нашего города?
— Посетить, посмотреть, как живёте. Могу милостиво оказать помощь в проблемах с нечистью и нежитью, — озвучил я.
— Если благословенный соизволит подождать буквально минуту, мы представим ему сопровождающего…
— Соизволит, — соизволил я.
А через пару минут (обманул, копуша ушастый!), после интенсивного обмена в небывальщине информацией, Хуяжа в сопровождении тридцатки охраны упарил к городу. А секретарь, с мордой не с самой восторженной, огласил, что вот он и есть тот самый «сопровождающий». Ну, мне пофиг, мне тут всё не нравится, но посмотреть надо, чтоб хоть плюнуть адресно. И Ленке этот городок показать не помешает, факт.
16. Бескультурные противоречия
Секретарь, этот белобрысый ельф, представился Кинфенем. А у меня возникло ощущение, что эти типы прозвищами представляются, что, в общем, довольно глупо — если Имя отзывается, а так и было, разницы никакой. Для проклинателя, в смысле. А просто «красивые прозвища» — так глупо вдвойне, я значения не знал и узнать не стремился, так что просто сотрясение воздуха.
Ну да и чёрт с ним, с ушастым. Пересел на какую-то метакобылу и незаметными поморщивания демонстрировал свои филейные страдания, хех.
А я уведомил, что моё Бессмертие желает отогнать свою Могучую Телегу поближе к городку, так что пусть рядом ошивается.
Пара десятков охраны тоже рядом ошивалась, но я их не звал. Так-то понятно, что разумно, и пусть будут, но они уж точно не моя забота.
И в Траке, неторопливо руля, поинтересовался у Зелёнки:
— Ты в городишко со мной?
— Естественно! — аж поставила уши торчком Зелёнка, доставив чисто эстетическое наслаждение.
Тут ещё момент в том, что у белобрысых ухи были… ну совсем лютые. Пропорционально как у древесных ельфов — то есть в полметра, этакие заячьи уши, натурально. И смотрелись они и смешно и глупо. А вот у Ленки моей остренькие, аккуратные и вообще замечательные, да.
— Ну и хорошо, — покивал я. — На доске?
— А на тебе можно? — захлопала ресничками Зелёнка.
— Ммм?
— Ну на байке с тобой, — выдала Ленка. — И мобильность, и безопасность, и вообще…