А вот с «данью человеками и металюдьми» вышло занятно. Для всяких нечистиков хитрые ушастые набрали: страшых, немощных, одиноких. То есть, тех у которых мягко говоря проблемы с личной жизнью. А нечистикам мало того, что на внешность пофиг (что в ряде случаев и не так, но в целом — близко к истине), но и будут кормить, поить и вообще будущего супруга-супруга.

Вообще, в рамках имеющихся вводных, нельзя не признать, что решение это если не идеальное, то довольно изящное. И несколько физиономий «с обочины жизни личной и вообще» сами, бодро и с песней присоединились к каравану. Прям «сайт знакомств» после конца, хех.

И нашли своё щасье с какими-то там воздушными нечистиками. Какими — чуть не брякнувшийся на колени апельсин говорить отказался — мол, клятва.

В общем — логично и оправдывает отсутствие толковой информации в сети насчёт творящегося в ущелье.

Но это — прелюдия. А людия в том, что то ли предпоследний, то ли последний мздоимец, этот самый гуй, наотрез отказался от «страшилищ». И от товаров, затребовав себе на потребу пару ельфов, разных полов. На что ельфы пойти не желали, предложили товары и пару страшил (судя по отсутствию их в караване — видно, гуй был не последним, так что сплавили их ещё какому нечистику). Гуй послал ушастых на гуй, ушастые послали гуя на гуй. Причём, судя по результату, оба посыла воплотились: гуй остался без поживы, но докопался до каравана, как пьяный до радио.

И в ночи глухой трахал под одеялом скованных «ночным параличом» караванщиков во все дыхательные и пихательные, причём внешне — непонятно. Стелс пихот, блин. И не только трахал, ломались повозки с надутым в оси песком, рвались ткани, кашляли ушастые как сволочи и вообще.

При этом, очевидно, базовое стелспихотство гуя делало этого диверсанта незаметным для матерных граффити защитного толка. На Имя Небесного Императора гуй клал своё стелс-пихало, а после пихал его в ушастых.

То есть, паразита даже не видели ни разу, переговоры и глумёж над отпихаленными — голос из-за спины, на ухо, глумливый такой шёпоток.

По результатам, быть отпихалеными каждую ночь ушастым крайне не нравилось. Плюс проблемочки со здоровьем, плюс ломающийся караван. Попытки не спать привели к тому, что в ночь когда не спали — никого не отпихалило. Но на следующую ночь отпихалило с особой злостностью, лёгкими травмами, и в два раза большее количество, чем «стандартно».

В принципе, выходит что: тут не столько «жёны-мужья» нечистику нужны. Скорее всего, этот гуй качает энергию как страданий, так и сексуальную. И мудрость мою продолжение рассказа подтвердило: запихаленные цитрусовые взмолились о пощаде. На что глумливый гуй обозначил двадцать рыл, две трети каравана, как «плату». Что было ну совсем невозможным, даже с «ушастым самопожертвованием». Которое, насколько я понял, у цитрусовых было столь редуцированно, что его, по сути, и не было.