Вот только дух посмотрел на зелёнку, на меня и…

— У-хи-хи-хи-хи! Уморил, Бессмертный! Так… и польстил, и… — захихикала Хозяйка, натурально согнувшись.

А до меня дошло, и я хоть и не заржал, но скалиться стал не ВЕСЕЛО, а просто… ну, блин, реально — смешно.

Итак, предположим, у носителя моего имени был этакий роман с данной мадамой. Она врать, как и я не может, так что был — уж чёрт знает, какой он бывает в небывальщине. Или когда небывальщина ЕЩЁ была на Земле? Ну впрочем пофиг, был.

Видно, разошлись бортами — судя по всему, Кащей «в закрома» хотел ценный актив сныкать, несомненно, для того, чтоб всласть почахнуть. Вообще — мадама… ну понять тёзку можно, факт. Во всех смыслах.

Хозяйка не закромилась, но «расстались друзьями».

А теперь самый кайф. Ленка… ну на Хозяйку ПОХОЖА. И внешне, на лицо, хоть немного. Но, главное — колёром. Вот до смешного — рыжие волосы, зелень изумрудная кожи. Ну в общем — это как я пришёл похвастаться, посмотри какая у меня. Но «какая» — на первую просто… ну не карикатура, а копия, в определённом смысле. И выходит, что это и «подколка» и такой, очень своеобразный, но принятый «комплимент».

— Угу, — сказал я, чтоб не молчать, на тему «смешно», а как поняла — дело не моё.

— Потешил, хороша девка, — одобрительно кивнула отсмеявшаяся мадама, одобрительно осмотрев гневно сопящую Ленку.

Ну, хоть слова гневные зелёнка не говорила, умница она у меня… наполшишечки.

— Я для иного пришёл, — наконец, выговорил я, ломая мозг в попытках сформулировать, не «нарушая».

— Да уж ясно. Но и похвастать, не без того? — подмигнул дух, на что я широко оскалился молча.

— А побила тебя Земля-Матушка, — вгляделась в меня в небывальщине мадама, да и глаза прищурила. — Хотя ты, а мясо нарастёт. Так что хотел-то, Кащей?

— Почему гномов травишь? — уточнил я.

— Я? Совсем ударился, — фыркнула дух. — Или в ларь своих мелких человечков прибрал? Так всё одно — на МОЕЙ земле, во мне — желаю чтоб по прави было! — топнула она ножкой, от чего шахта… мягко говоря, затряслась.

— Не прибрал. Интересно, — изображал лаконца я.

— Такой же любопытный… Даров — нет! Благодарности не несут. Камень бесчестно ломают, духов земли — гонят! На кой мне такие безобразники⁈

— Ну не особо нужны, — признал я. — А леший с луговиками там…

— Так всё одно на моей земле. Не мои, но… — захлопала изумрудами дух.

— Понял. Простишь их?

— В чём корысть твоя — не понимаю. Ну да пусть его, прощу по старой памяти. Но чтоб по прави всё было! А то опять осерчаю.

— Угу.

— И… навести, Бессмертный, как-нибудь. Девка хороша, но один.