— Да я, как бы, лечить не особо. Больше калечить, — признал я. — В общем — задница. Попробую помочь. За барахлом приглядите.

— А? — выпучил буркалы на раздевающегося меня Харитон. — Ты это, мужик… не особо рассчитывай!

— Твоей пипиркой только почесаться! — раздалось женское ржание, причём коллективное.

На что я просто махнул лапой. Тоже блин, конятина! Вот были бы поняши… ну, хотя бы подумал бы. А так — нафиг зоофилию!

И размахивать вполне осуществимой елдой, да хоть десятком — не стал. Хоть и могли они быть на зависть всяким коням, факт.

— Ты зачем… — нахмурился, начиная подсвечивать не только фингалом, но и «сигнальными полосами» обратился ко мне Харитон.

— Кафтан терять не хочу, — доразоблачившись озвучил я. — Судя по тому, что вы описали — ему там звиздец. Так что за байком и одёжкой приглядите.

— Ты ещё скажи — знаешь, что за херня у нас твориться? — прищурился фингалоглазый.

— Догадываюсь… — начал было я, но был перебит.

— А не ты ли это порчу навёл, гость незванный⁈ — рявкнуло уже знакомым кобыльим голосом со спины.

Эта зоофилка, тонко намекавшая на несоответствие калибров ещё раз блисканула… А чёрт знает чем. Потому что беглый взгляд через плечо показал подтягивающихся ко мне кентавров, ОЧЕНЬ недобро взирающих на мою бессмертную персону, потирая кулачки и вообще. Харитон «вроде как отстранился», пырясь на всё слегка прищуренными глазами.

Вот же, блин, скотство! И что, отпинать их? В теории — справлюсь, но… Во-первых, не факт, что без смертей. Эти придурки и так полуживые, а дури у них, как у лошадей, они мной в волейбол играть будут, из любого положения. Ну, если до драки дойдёт, конечно.

Во-вторых — ну вот вообще никакого желания их пинать нет, и время на это тратить — тоже. Тут, похоже, крайне неприятный нечистик. И я, в общем-то, и без траты сил и энергии на мордобой с конятиной, сомневаюсь, что что-то смогу с ним сделать. Если мои вполне логичные предположения верны.

Не помру, но в своей возможности «решить проблему» я, честно говоря, был ой как не уверен. Так что решил я кентавров… ну шугануть. В начале влёгкую, а там как пойдёт. Уж быть для них грушей для битья моей Бессмертной персоне точне не подобает.

Так что, для начала, проявил я на морде своего лица сплетённые в толстые канаты тросы. Выпирающие из лица, отливающие металлом, в форме черепа. И буркалами засветился. И корону железную на черепушке проявил.

— СМЕРТИ ИЩИТЕ? — пролязгал я металлическими связками. — ИЛИ БОЛИ?

И обвёл добрыми, проникновенными и светящимися глазами конячество. Секунду подумал, что тяжеловесный пафос всё же слишком тяжеловесен для моей тонкой душевной организации. Так что закатил глаза на листву и посетовал уже нормальным голосом: