Нет, определённую ностальгию я почувствовал. Всё же дорога, запах бензина.
Но эта ностальгия была СЛИШКОМ концентрированной. И в сторожке меня встретил орочий рёв:
— Не курить, мать вашу!!! Кащей, лядь!
— Сам дурак, — отпарировал я. — Что притащил, тем и…
— Да понятно. Так, бегом за мной! В баню, уже от бензина отмывать, — ржанул орчина.
И побежали мы, чтоб его, в баню.
11. Домашне-автомоечная
Зеленушки, пусть и на бегу за Степанычем, были довольно занятны. Как я и предполагал, наблюдая из-за ворот, бетонные коробки были древесными ветвями не только армированы и оплетены, но и расширены. Как закрытыми деревянными пристроями, так и верандами-площадками всякими. Вдобавок, некоторые дома были соединены ажурными деревянными мостами «по крыше». Довольно симпатично, а главное, объясняло, почему Степаныч со «своим углом» не жмотился.
Если пять тысяч населения — и так весьма вольготно выходило. А с деревянными пристроями — явный переизбыток площадей. Но мне, в общем-то, пофиг — главное, чтоб был угол какой. Подобное у Ариски просить — язык не повернётся, места у них толком нет. А вот в Зеленухах — вполне.
Прохожих было немного, но вдали шумело, видно, рынок или ещё что-то подобное, которое «с полудня», со слов Василия.
Мостовая, кстати, была наполовину асфальтовой. Но именно наполовину, а места, дающие стол, кров и особняк на тропических островах дорожным службам — безжалостно починены. Живым деревом и, на удивление, листами металла. Не дребезжащими, рифлёными, с зеленоватым отливом.
Видимо, совместное творчество, по необходимости, витафилов, которые ельфы, и некрофилов, которые гнумы. По необходимости дорогу латали.
Тем временем, досайгачили мы до «новостройки» — готишной башни, крытой сталью.
— Так, мойная, — тыкнул лапой Степаныч. — Олег, человека помой!!! — гаркнул он так, что будь я человеком — понадобился бы не банщик, а медик.
— Лады! — проорало из недр открытого на улицу коридора.
— И ко мне проведи!!!
— Я что…
— То самое!!!
— Лады! — без прошлого энтузиазма откликнулся невидимый Олег.
— Так, Кащей, я к себе, дела. Тут же служу, — потыкал он в башню. — Олег, механик наш, тебя ко мне отведёт. Всё, бывай, — и ускакал.
А я побрёл в широкий металлический коридор, размышляя на тему «с хрена ли механик-то?» Нет, с определённой точки зрения, учитывая стальные тросы, что-то в этом есть. Но мне не ТО проводить, а от бензина ополоснуться, вообще-то!
Олег оказался гнумом, в коже, переднике, защитных очках.
— Тебя Степаныч отмыть велел⁈ — рявкнул он, что объяснялось заметными наушниками.
То ли музыку слушал, то ли защитные — непонятно. Но орать я не стал, просто кивнул.