И попробовать с ведьмами договориться о обучении, в дороге прикидывал я. Пока я, кхм, буду отращивать хвост. Вроде бы, судя по ощущениям, отрастится. И даже не хвост, а как было.
Но — посмотрим. Не пропаду, если что, решил я, рассекая шоссе под грохот тяжёлого рока.
15. Последователь паучихи
К Зеленюкам я подъезжал с некоторыми нерешёнными вопросами и внутренней борьбой. На тему того, что от байка мне придётся отцепляться. Чего часть моего нутра не хотела категорически. Но, всё-таки… Блин, надо слезать, пригрозил я внутреннему ощущению, на что оно печально повздыхало, но смирилось.
А вот вопрос был интересным. Итак, байк. По сути — я использовал ходовую и раму. Его никто не заводил ни разу, да и бензина в нём нет и быть не может. Я как кофр бензобак использую, благо у него форма под это удобная.
И вот есть у него магнитола и внешние колонки. Ну есть и есть, золотокрылые, например, вообще лимузин на двух колёсах.
А электричество-то откуда? Динамо от привода? Так оно ДО колёс стоит, а двигатель ничего, кроме прибавки массы, не делает.
Это вопрос раз — у меня орёт самым приятным образом весьма приятная музыка. И вот её приятность вопрос два. Откуда, чёрт возми, в магнитоле продажного байка интересные мне мелодии? И я знаю, что они заиграют, что запускаю — ну чую, тут ладно.
И на байке появляется… подсветка. Неоново-колдунская. И светится, хотя там, где она подсвечивает — светиться-то нечему.
В общем, небывальщина. Прёт, очевидно, через меня. И МЕНЯЕТ байк. Не удивлюсь, если он уже и не байк толком, а что-то… ну полуматериальное, в общем.
Так-то и чёрт бы и с ним. Но, похоже, я не просто маг. А могу к ентой «сетке небывальщины» подключаться. Хотя тут не факт — может, музло из моей памяти, вполне возможно.
Подъехал я, тем временем, к воротам Зеленюков, ну и в открытые ворота прошмыгнул. Насладившись рожами и отвисшими челюстями привратников. От восхищения киберкентавром, несомненно, хихикал я, подъезжая к башне Головы.
Подумал, да и заехал в коридор к нему, благо размеры позволяли.
Марь Васильевна тоже настроение подняла. Челюсть не роняла, но глаза выпучила забавно. И лупала ими, пока я красовался, по приёмной разъезжая.
— И как я вам, сударыня? — полюбопытствовал я через минуту.
— Эм-м-м… Км… — было мне ответом. — Господин Кащей, — наконец справилась с удивлением кентавриха, — вы к Лавру Степановичу?
— К нему, только бы позвать, — признал я.
— В кабинете… хотя вам, наверное, будет мало места, — признала дама, оглянувшись на себя и соотнеся габариты.
И не хочу знать, внутренне хихикал я, для чего Голове и его супруге в его кабинете места «достаточно», хех.