— Да ты…

— Хватит! — рявкнул Матвей, и гнум заткнулся.

Растёт маг, оценил я. Но затыкаться не стал — я всё, что хотел, сказал.

— Так вот, Кащей. Просьба к вам — побудьте в штабе. Предотвратить ритуал мы не сможем. Нет сил. Но его последствия неизвестны и…

— Понятно, — кивнул я.

— И можно…

— Ммм?

— Без столь ярких… ммм… как в прошлый раз?

— Можно, — кивнул я, когда из памяти всплыли пробитые тросами трупы, исполняющие канкан. — Ничего вы не понимаете в кукольном театре! — изящно отмазался я.

— Видимо — да, — выдал Матвей.

Подождал, походил, зелёнка с кем-то пошепталась из операторов — видно, знакомые.

И тут всё тот же поднял руку.

— Началось. Воздействие. Жертвы. За пределы поля Орды не выходит. Энергия… тратится.

— На что? — резонно поинтересовался я.

Ну остальные, сволочи нечуткие, на голограммы колдунские любуются, а бедный Кащей я — не могу.

— Непонятно. Биомагия и жертвы. Непонятно, — завис оператор.

А через четверть часа стало понятно. Не сказать, чтобы всё, но согласно операторским и Ворона наблюдениям выходила такая фигня:

В Орде вообще не осталось простых людей и металюдей. Вообще. Магов тоже почти не осталось. И «оглоев», как я понял — безрогих носорогов тоже. И джинов.

А есть сейчас три чудища. Метров двадцати высотой, в форме этих оглоев. И топают, выжигая лес, не реагируя на атаки вообще.

— Потери. Атаки снарядами и пулевым оружием неэффективны. Эфирные атаки до восьмого ранга… неэффективны.

— Схожу, проверю, — просто исчез Матвей, появившись через полминуты.

Хмурый и с дырами в шубе. Дымящимяся дырами с кисло-гнилым запахом. Скинул шубу на снег у входа палатки, поморщился.

— Кислота с эфиром. Магия тварей не берёт. Моя — точно. Проверь, Вась.

— Проверю, — потопал к дымящейся шубе кибергнум. — Бессмертные они, что ли? — бормотнул он.

— Да щаззз, — возмутился я. — Я тут Бессмертный! И вообще. Съезжу, проверю.

— Будьте осторожны, Кащей. Кислота… не думаю, что вы её выдержите.

— Учту, — кивнул я магу.

И рванули мы с зелёнкой к Орде. За пару километров я с байка соскочил, на «удачи» ленкино кивнул, да и поскакал к тварям.

Голблинша, кстати, так на байке и осталась, терминал с ремня заплечного спустив.

И подскакал. Блин блинский, это… звиздец, ещё на подходе оценил я. Чудовища невозможные, здоровенные, над лесом возвышающиеся. Небывальщиной садящие… да просто звиздец как. Драконы там, лешие или джины какие — нервно курят в сторонке. И шарашат, паразиты такие, нескончаемыми… не потоками, аэрозолем фиолетовой и зелёной кислоты. Которая на глазах разъедает лес, снег, землю. Оставляя за троицей что-то вроде асфальтового шоссе. На которое вальяжно въезжает кибитка человека с комплексами.