И за стрелялы не хватались, даже свинторах. Так что, будем считать, вышло недоразумение. И убегать с «подконтрольных территорий», хотя и не контролируют они ни черта, мне, похоже, не надо.

А вот что точно надо, думал я, топая с охапкой магострелов, это просто отдохнуть денёк. А то какое-то запределье, никаких нервов, даже из железных канатов, не хватит.

И вернусь я, наверное, к Берегине. Может, приютят, а то и некуда больше. Ну а не приютят — к Лешему в гости напрошусь, ржанул я. А что? Вполне компания Кащею.

Дотопал я до оставленного байка и… ну не то, чтобы охренел. Но удивился точно. Перед байком прохаживался мелкий, тощий, зелёный гоблин. Не как у меллорнских, а как в сказках. Меньше полуметра ростом, с острым кривым носом. Нахмуренно бродил перед байком, ручонками размахивал, что-то бормотал под нос. На немецком, на минуточку! То есть я хохдойч не сказать, чтобы знал особо, но на слух сам язык точно узнаю.

И что это за нечистик, и что ему от моего байка надо-то?

— Тебе что надо? — спросил я вслух, когда понял, что сам не догадаюсь.

— Даст моторрад не есть ломаться! — печально сообщил нечистик. — Непорядок!

— А ты вообще, кто такой? — уточнил я, хотя, кажется, догадался.

И заключил в клетку из тросов гремлина. Тот печально поник носом и подтвердил, что гремлин. И, видишь ли, ради Великой Идеи Энтропии (дословная, чтоб его, цитата!) должен ломать механизмы. А мой байк, понимаешь, не ломается, что в сердце гремлина вселяло гнев и жажду деятельности. Так увлёкся, что меня не заметил, вредитель-трудоголик.

Что занятно, русский он знал, но хреново. Попеременно сбиваясь на хохдойч. И в партизана не играл, а вёл себя как приличный Ганс в лапах Кащея.

Так что допросил я нечистика, да и послал нахрен. То есть, понятно что вредит. Но, насколько я понимаю — он часть текущей реальности. И таких как он — «дас хиир», толпа, в общем.

При этом, только технике он гадит, причём только работающей и немагической. И то не всей: с простейшими механизмами, вроде колеса, рычага и ему подобного — «клапт нихт», горевал нечистик.

В общем, либо устраивать тотальный гремлиноцид, что делать у меня нет никакого желания. Или махнуть рукой, благо нечистик той же информацией помог.

На живое гремлины не действовали, например. Почему, к слову, с байком ничего и не случилось — в нём НЕТ сложных механизмов. Колесо, рычаг и живой трос, который я. А на технику грмелены действуют как негативная вероятность. Закон Мерфи, в виде остроносого и зелёного служителя Великой Идеи, хмыкал я уже в дороге к Берегине.