К сожалению, группу Ланса и Дира все-таки придется «выставить на мороз», как только они прокачаются — если «крот» раньше не проявит себя. Однако есть же еще личные ученики мастеров, это двадцать человек (вовремя я о них вспомнил!). Там сейчас только третьи ранги, вторых нет, однако если их подтянуть… Ладно, это детали. В общем, резко увеличить число подмастерьев и учеников все-таки возможно — однако для этого нужны деньги. И продовольствие.

— Это может не понравиться императорскому цензору… — раздумчиво произнесла Боней.

— А у императорского цензора есть реальные войска или влияние в регионе? — усмехнулся я. — Сомневаюсь, что император пришлет сюда свои отряды только потому, что я решил набрать на сотню человек больше! Или вы оцениваете риски иначе?

Боней качнула головой.

— Сейчас — нет, — проговорила она. — Но через три года завершается цикл… Столица вновь переедет в Тверн, как тридцать лет назад.

Еще одна милая особенность местной слабой централизованной власти: императорский двор был буквально кочевым. В смысле, единой столицы, великолепного города, где строились бы в изобилии дворцы и храмы и куда стекались бы ресурсы со всей страны, не существовало. Вместо этого столицакочевала , каждые три года (иногда чуть реже) переезжая из области в область. Такой стиль управления, если я правильно помню, в нашем мире практиковали некоторые владыки в начале средних веков.

Между прочим, именно тридцать лет назад (чуть меньше, двадцать семь), когда столица «по разнарядке» оказалась в Тверне, Сорафия Боней и соблазнила предыдущего императора. Да так эффективно, что речь чуть было не пошла о разводе с ее прежним мужем, чтобы император мог взять ее «официальной» наложницей — не законной женой, разумеется, боги упасите! Однако что-то в последний момент не сложилось (тут сплетни приводили разные версии, вплоть до того, что Боней умудрилась завести при дворе еще одного любовника, которого император показательно казнил), и при переезде двора прочь из Тверна Сорафия осталась с Бонеями.

— Три года еще нужно пережить, — заметил я. — Нашу Школу и при Орисе постоянно атаковали. Какой силы давление будет сейчас — не берусь представить. Но ответ на давление я знаю только один — расширяться.

Я улыбнулся госпоже Боней.

— Так что, — продолжил я, — если хотите заключить прочный союз с нашей Школой, предложение брака остается в силе. Я понимаю, что вы являетесь главой как бы временно, до совершеннолетия вашего внука — но, поскольку ему сейчас три года, это «временно» все равно займет более десяти лет. Так что вы вполне можете решать.