Шор Вальгар поглядел на меня остановившимся, ненавидящим взглядом — потом его глаза закатились. Он рухнул на песок Арены, потеряв сознание, — чтобы никогда уже его не обрести.

Трибуны взревели.

Мастера и опытные подмастерья среди публики наверняка в этот момент спрашивали себя: как это Великий мастер не успел парировать мой последний удар? Правильный ответ: потому что его уже накрыл геморрагический шок в этот момент — то бишь шок, вызванный резкой потерей крови, которая не видна была снаружи. Но вся прелесть в том, что даже если тело кто-нибудь вскроет — а члены твернской Гильдии медиков иногда этим занимались, особенно после того, как некоторые из них за деньги прошли курс обучения у Алёны — местные лекари ничего не поймут. Ну отбил и отбил печень, с такими кулаками, как у адептов Школы Дуба, это несложно!

На самом деле я отбил кулак: этот гребаный доспех гвардейцев — очень неприятная штука!

Чуть ли не весь остаток магии пришлось вкинуть в собственное исцеление: не хватало еще ходить со сломанным запястьем!

Но окровавленные костяшки пальцев со стороны, должно быть, смотрелись эпично. Неудивительно: трещина в кости там таки была, если бы не магия, я бы сейчас лишился возможности пользоваться этим кулаком.

Я поглядел на Лимариса, стоявшего в своей ложе с очень, очень сложным выражением лица.

— Ну что, ваше священное величество? — спросил я, снова как можно громче, слегка подколдовывая. Атака против главы гвардейцев истощила мой резерв, но у меня были еще кристаллы в карманах, в ботинках (вшиты в боковины), а также в швах брюк. Кроме того, при желании я мог на остатках маны создать магический канал до наручей, все еще лежащих на балконе, и выдоить магию оттуда — как-никак мой самый мощный аккумулятор.

Лимарис отшатнулся. Лицо у него было совершенно белым.

Развилка вырисовывалась четко. Император мог либо смириться, что его план не удался, списать убытки и сделать хорошую мину при плохой игре: признать, что я в своем праве, получить с меня и остальных гильдий деньги — вероятно, меньше, чем по десять штук с носа, но тут уж как водится. И сделать вид, что так все и планировалось. Мы получали продление шаткого равновесия и отсрочку кровопролития и распада империи.

Или — Лимарис мог пойти на силовой способ решения проблемы, в надежде все-таки передавить.

Я от всей души надеялся, что отцовские трусливые гены в нем возобладают!

— Он применил нечистые силы! — заорал Лимарис. — Он не мог победить Великого мастера честно! Взять его, мои гвардейцы! Взять его, мои мастера!

Н-ну, в принципе, верно, конечно. Но неужели гвардейцы ломанутся меня убивать после того, как я только что прикончил Великого мастера? Реально?