Регат летом не устраивали: почти ни у кого на это не было времени. Тут вам не богатые бездельники собрались, тут фермеры и промышленники. За короткий сельскохозяйственно-строительный сезон нужно успеть сделать как можно больше. А вот зимой…

Светало здесь, вблизи экватора, почти в одно и то же время — около восьми утра. Правда, поскольку это был не экватор, а субтропики, время восхода все же немного плавало — в пределах минут этак пятнадцати. Но особой разницы не чувствовалось, и Бастрыкин все никак не мог привыкнуть, что в конце декабря в семь утра уже светло!

(А на маковку июня, когда все цветет и колосится, в семь вечера уже темно — ну, что поделать.)

Так что планировали восьмичасовой старт, а финиш должен был состояться на том берегу еще до полудня. Если получится и ветер будет попутный — то и быстрее. Синоптики, правда, предупреждали, что возможна буря, но относили ее начало ко времени после захода солнца. Гонка к тому времени должна была уже окончиться.

Но шторм налетел внезапно, еще до того, как большинство экипажей пересекли условную засечку середины трассы — ее определяли по приметной скале Сидящий Дракон, которая черным мысом торчала над самой узкой частью озера. Сперва на горизонте, плохо видимом за сопками, затуманилось, поднялся свежий ветер — к сожалению, встречный, который заставлял постоянно перекидывать парус, чтобы идти галсами. Замучились они с Ильясом страшно, но сдаваться не собирались, наоборот, подбадривали друг друга: мол, сейчас эти мальки отстанут, а мы, старички, покажем класс!

Затем началась мелкая пурга, под полозья начало наметать снега, они больше не скользили по льду бесшумно, а начали скрипеть, маневрировать делалось все сложнее. Но они все-таки держались. Ильяс был заместителем Бастрыкина по энергетике, тоже тертый мужик, который вовремя свалил на Биполярку, когда вскрылись его махинации на прежнем месте — а был он директором филиала Ядерного Щита. Отличный спец, но вот не умел вовремя остановиться в плане липких ручек. Михаил с Викторией решили, что смогут его нормально использовать — уж получше, чем молодежь!

Да, Бастрыкин, конечно, уже четыре года как занимал должность выборного главы колонии. Скоро на переизбрание, и победа в гонках на буерах поможет. Тем более, Михаилу и самому это дело нравилось — еще с детства. И он был уверен если не в победе, то в призовом месте, которое тоже можно обратить на пользу.

— Ничего, — подбадривали они с Ильясом друг друга. — У нас преимущество! Сейчас, при таком ветре, маги один за другим посыпятся! Не удержатся!