— А что я получу взамен, если соглашусь? — как бы раздумывая, произнес суровый босс.

— Ваши условия? — с деланой заинтересованностью откликнулась она, ослабляя хватку на рукаве. Они оба знали, что он уже поддался.

— Расскажете мне, что за картинки вы рисуете, когда размышляете, — потребовал лавэ, ни на секунду не сомневаясь, что она подчинится. Ошибся.

О’кей, подумала Ольга и впервые порадовалась тому, что начальник у нее менталист, поймет ее затруднения. Рассказывать придется о профессии, а за ужином картинки не порисуешь. Ей бы поесть быстренько — и в бой, а то настрой схлынет.

— Это долгий разговор, господин лавэ. Я вам с удовольствием расскажу при случае.

— Хорошо, тогда давайте сделаем так...

Попечитель аккуратно высвободил рукав из непочтительного захвата. Оля смутилась, а Раим всего лишь звонко хлопнул в ладоши. Из арки, за которой пряталась кухня для господ, выглянул второй повар. Увидел начальство и спал с лица. Такого раннего визита никто на кухне не ожидал!

— Сию секунду, высокочтимый лавэ! Все будет подано! Усаживайтесь, — кивнул он в сторону столика у окна и намылился смыться в жаркие недра кухни.

— Стоять! — шикнул лавэ негромко, но так убедительно, что кухарь побледнел. «И чего они его так боятся? — изумилась в очередной раз Ольга. — Генетическое, наверное». Сама она пока никакого страха рядом с этим человеком не испытывала. Пашка, кажется, тоже.

Повар покорно вышел из проема и склонил голову в ожидании дальнейшей экзекуции.

— Сходи-ка, любезный, посмотри, как скоро там, — лавэ небрежно кивнул в сторону трапезной для челяди, — закончат. Да вели, чтоб не расходились.

Надо же, немного удивилась Ольга, глядя вслед повару, сам побежал, как велено, а не помощника послал. Повара во всех мирах — фанатики иерархии. Уж как помыкают младшим персоналом и официанткой Маликой, Оля насмотрелась. Кухарь вернулся через полминуты.

— Морс уже подают, высокочтимый лавэ. Я все передал.

— Ну вот, видите, Ольга? — Попечитель утратил интерес к посыльному. — Поужинать мы не успеем, чему я очень рад.

Оля и сама была рада: при таком нервном возбуждении — ведь ни много ни мало судьба их с Пашкой решается — жевать и глотать было бы невмоготу.

Неизвестно, точнее, известно только лавэ, что больше шокировало электорат — новый облик привратницы, на которую-то и внимания раньше не обращали, или небывалое — ими будет теперь командовать женщина. Пара шепотков вроде: «Как? Баба?» и «Шельмов Ламс, наконец, дошельмовался» — долетела до Ольги, но и только. Потом Пашка расскажет, что младшие пастухи были довольны. Им-то вроде как без разницы, кто там хозяйством рулит — у них главный пастух в начальниках, но за эти два дня Оля и Павел стали для них своими, пусть и удаленно. Новичков любят нгурулы — нужна ли бо́льшая рекомендация? Про запечатление Ольги им было известно едва ли, но перед Пашкой благоговели — парнишка появился из ниоткуда и сразу в наездники. Самим-то пастухам не повезло — не выбрали их нгурулы. Ни взрослые, ни недорослики. А этот мальчик мало того, что с крошкой щеной запечатлелся, это вообще редчайший случай, так еще и с вожаком поладил! Да так, что без страха ползает на карачках у огромного зверя между лап, гоняясь за своей мелкой егозой. И сейчас этот исключительный паренек спокойно сидит рядом, трескает ужин и весело посмеивается байкам кухонных помощников. Другие наездники не такие. Те даже не здороваются.