— Подожди, — последние слова ящера резанули слух Олегу, — ты хочешь сказать, что раньше, до заключения Договора, существа Нави могли спокойно переходить в наш мир по мосту? И без оглядки творить, что им вздумается?

«Да уж, так себе положение дел, — подумала в этот момент Настя. — Неудивительно, что Рюрик в свое время сделал все, чтобы это исправить».

— Неужели ты до сих пор не понял главного? — добродушно хохотнул Юдас. — Не осознал, что Навь свободна? Она вольна поступать так, как ей хочется, так было, так есть и сейчас. Разве что сегодня не только боги Прави сдерживают ее порывы. Они, в свою очередь, завели себе слуг — ведунов, те же заключили Договор…

«Ведуны — не слуги богам! Я не подчиняюсь Даждьбогу!» — тут же захотелось крикнуть Насте, но она сдержалась. Девочка осознавала, что это не спор, где нужно доказать свою правоту во что бы то ни стало… Нет, перед ними была возможность узнать взгляд на привычную им ситуацию со стороны, и было бы безумно глупо от нее отказаться. По крайней мере, она, Малова, точно не собирается этот шанс упускать.

— Вот только, — Юдас тем временем продолжал вещать, — если боги и ведуны хотя бы на что-то способны, то обычные люди поистине бесполезны. И именно поэтому ни один из них в свое время не перешел через мой мост.

— Ни один? — Настя все-таки не выдержала и задала вопрос, сжавшись в ожидании возможного ответа.

— А зачем? — ящер опять пошевелил ноздрями, изучая теперь запах маленькой ведуньи. — Вот ты, например, позволяешь гулять собакам по твоему дому, смертная? Или своим коровам? Ведь нет? Но сама ты приходишь к конуре, чтобы подразнить пса, прикованного цепью, или бесцеремонно заходишь к скотине, чтобы отобрать у нее молоко и мясо. То, что вы считаете вправе забрать — в том числе их детей.

«Неужели он жалеет домашних животных? — Настя на мгновение смутилась от столь странных сравнений. Все-таки ей в столице ни разу не доводилось заниматься ничем из описанного ящером, но потом до нее дошло. — Да нет же! Он просто пытается показать нам, как низко люди расположены в его системе ценностей… А ведь у всех навьих тварей так… Или нет?»

Маленькая ведунья вспомнила водяного Умыря, с которым они недавно познакомились и который как раз, наоборот, хотел начать жить среди людей — и тут же все стало совсем не так однозначно. Девочка искоса посмотрела на Олега, проверяя, как он отреагировал на слова ящера, подумал ли о том же, о чем и она. Увы, по лицу Олега ничего нельзя было прочитать.

— Или, скажем, ваша охота, — Юдас тем временем, похоже, оседлал любимого конька, доказывая смертным их никчемность. Или просто захотел, что его таким увидели. — Вы же не спрашиваете разрешения у зайцев, когда вторгаетесь в их угодья?