— Есть два варианта, — Андрей Андреевич тяжело вздохнул. — В первом я тихо «сливаю» переход на Дальний Восток, дожидаюсь приказа из Петербурга и иду с кораблями обратно. Там отряд войдет в полном составе в эскадру адмирала Рожественского, и в большинстве своем, как «Ослябя», погибнет в Цусимском бою. А потому задам себе вопрос — ты хочешь этого⁈
Андрей Андреевич извлек папиросу из коробки и закурил, смотря, как табачный дым уходит в настежь открытый иллюминатор. Сделав несколько затяжек, он смял папиросу в пепельнице.
— Не хочешь труса праздновать? Ну что ж — теперь это твой выбор, господин контр-адмирал — если есть надежда откорректировать или изменить историю, стоит попытаться это сделать. А иначе, зачем я здесь оказался — нановом месте должен принести пользу собственной стране. Вопрос только в том, как я смогу это сделать — ведь полный невежа с несколькими почитанными в юности книгами. К тому же придет приказ из Петербурга — как помню по книге, он поступил на третий день войны в Джибути. Как раз на выходе из Красного моря. Хотя…
Андрей Андреевич задумался, по подсчетам выходило, что путь отряда занял целый месяц. Но почему так долго, вот в чем вопрос. И он решил разобраться детально, пересмотрев все служебные бумаги, которыми были заняты обе тумбы большого стола…
Эскадренный броненосец «Ослябя» под флагом контр-адмирала Вирениуса покидает Бизерту 27 декабря 1903 года. До начала русско-японской войны ровно месяц…
Глава 4
— Господи, все у нас через задницу делается. Знал бы — не в гинекологи, в проктологи пошел!
Андрей Андреевич усмехнулся — шутка у него вышла невеселой. Он затравленно посмотрел на стопочки всевозможных бумаг — за пару часов удалось пересмотреть очень многое, благо век интернета позволяет впитывать информацию в огромных объемах, если, конечно, умеешь это делать. Вот только жизнь через столетие идет в совсем иных темпах, и если хочешь занять в ней свое место, необходимы знания и умение их не только применять, но извлекать максимальную пользу. И выгоду — куда без нее, век капитализма диктует свои жестокие правила.
— Ситуация хуже не придумаешь — впору с ума сходить! Теперь понимаю, почему многих адмиралов апоплексические удары разбивали — не жизнь, а сплошная нервотрепка. А ведь этого в книгах практически не писали — знали, что война неизбежна, вот только готовились к ней с преступной халатностью, и головотяпством — иных слов не подберешь!
Никогда еще не было так тоскливо на душе, как после чтения вороха документов. Картина вырисовывалась ужасающая — летом решили отправить в Порт-Артур подкрепление из «Осляби» и новенького, только что построенного во Франции броненосного крейсера «Баян». Вот только броненосец во время перехода повредил днище, и отправился на ремонт в итальянский порт. После починки поход на Дальний Восток отсрочили — в Петербурге решили отправить на Дальний Восток более существенное подкрепление — полноценный отряд, но скорее эскадру, если подсчитать количество вымпелов.