ровно, сдерживая эмоции. Заславский по-прежнему удерживает меня, нависая сверху. Мрачный, как черт, желваки нервно ходят по резко очерченным скулам. Недовольным взглядом прожигает насквозь мои глаза. Не выдержав, я опускаю веки и просто дышу. Почувствовав свободу в запястьях, я немедленно спрыгиваю с кровати, забираю со стула одежду и выхожу из спальни. Запираюсь в ванной комнате, где экстренно одеваюсь и умываюсь. – Ё-моё, что с волосами, – тереблю сбившиеся короткие прядки. Без укладки каре выглядит очень паршиво. Смочив ладони, приглаживаю волосы. Когда вид на голове становится более-менее приемлемым, выхожу в коридор. Заславский тут как тут. Пасёт меня, прислонившись к стене. Уже натянул штаны, но верх по-прежнему голый. – Где моя сумочка? Телефон? – Бегаю из комнаты в комнату, осматривая каждый угол. – Мне надо вызвать такси. В одних капронках я задубею добираться на общественном транспорте. – В машине сумка, – сухо комментирует Заславский, не в силах лицезреть мою суету. – Отлично. – Прохожу мимо него прямиком к гардеробу. Открываю шкаф, но не нахожу свою куртку. – А где – открываю рот. – В клубе, – предугадывает вопрос. Чертыхнувшись, досадно прикусываю губу. – Я возьму что-нибудь из твоего? – прочищаю горло и, не оборачиваясь, перебираю вешалки. Снимаю черную дутую куртку. – Одолжу вот эту, не против? Оборачиваюсь и попадаю под прицел серых глаз. – Против. Гера надвигается на меня и хватается за куртку. Я все равно держу, не отпускаю. – Не будь таким жестоким, – возмущаюсь. – Я замерзну в одном платье. – Так не уходи, – цедит Заславский, купируя меня возле шкафа. Сглотнув, я моргаю, чтобы убрать пелену, которая напала на глаза от его обволакивающего взгляда. Парень склоняет ко мне лицо, и я замираю, прекращая дышать. – Куда бежишь, а? – хрипит возле уха его низкий голос. Парень властно сжимает моё предплечье. – В глаза смотри. Его требовательный тон заставляет распахнуть ресницы. Я устремляю на парня независимый бесстрашный взор. – Подальше от тебя, – отвечаю с вызовом. – Рядом со мной так плохо? – докапывается Гера. – Если я переспала с тобой, это еще ничего не значит. – С каких это пор секс для тебя ничего не значит? – поражается он. – Со вчерашних. Ну было и было, – закатываю глаза. – Ничего личного. – Было и было? – перепрашивает он, пребывая в шоке от столь «веского» аргумента. – Да, Гера. Всё, что было между нами вчера, уже прошло. Сегодня новый день, и я хочу уйти, – прохладно отвечаю. – А ты не прихуела, детка? Рассуждаешь как последняя шлюха,